Из револьвера так далеко не пальнёшь: надо ждать, пока ближе подойдут. Зато первые выстрелы ружей и винтовки сразу напомнили бестиям, кто тут самый злой и агрессивный вид.

Парень-азиат, который до этого ругался и ничего вокруг не замечал, с удивлением уставился на нас. Его питомец удивляться не стал: он был слишком занят, старательно таща хозяина в город. А мы продолжали вести огонь по хищникам, посягнувшим на нашего собрата и наши границы.

Мне, к слову, так пострелять и не пришлось… Стая, потеряв три десятка особей, резко изменила направление и шустро скрылась в траве. А там их уже выслеживать бесполезно: прячутся они мастерски.

Спустя ещё пять минут мы добежали до азиата с питомцем, взяв транспортировку на себя. Парня водрузили на носилки, сделанные из двух копий и одного натянутого куска ткани.

— Говоришь по-русски? Спик инглиш?

Азиат покачал головой, но при этом выдал что-то в духе «угу» или «укуй». Видимо, вот такое у него «нет».

— Вано! — я показал ему на себя, а потом на него.

— Бату! — ответил тот после паузы, а затем прищурился: — Чи орос у-у?

— Вот, теперь в нашу орду ещё и Батый прибыл! — глубокомысленно почесал затылок Дунай. — А мы его совсем не понимаем…

— Ага… Совсем, как девятьсот лет назад… — добавила Кострома.

— А что он спросил? Я не понимаю, — заметил я. — Вы понимаете?

— Да чего там понимать? — удивилась Кострома. — Спрашивает, урус ты или нет.

— А можешь ему ответить… — начал я, но был прерван смехом валькирии:

— Вано, я по-монгольски ни слова не знаю!

— Но…

— А урус или орос — это и ежу понятно! — подняв палец вверх, ответила девушка.

Да уж, жаль, что я не ёж… Придётся как-то решать языковую проблему.

Глава 9

Пр-р-росто слухи

Дневник Листова И. А.

Сто пятьдесят третий день. Везде есть сумасшедшие

— Выхожу я утром носик припудрить из барака… И вижу — он! — девушка сделала страшные глаза, хотя настоящий ужас заключался в ней самой.

Она пришла в штаб расследования, который мы расположили на одной из рыночных площадей. Там же пока базировался Вавася со своими помощниками, Тимом и Пробкой. Все трое теперь состояли в одной группе, куда Иваныч собирался закидывать всех полицейских. Маша уже искала подходящих кандидатов, а Сочинец, Кострома и Дунай составляли списки необходимого для закупки на Большом Алтаре."

"И вот, в обед, когда никто не ждал, на пороге возник зомби! Натуральный такой зомби женского полу. Вонючий, неухоженный — только из могилы поднялся. Не знаю, как мы её с перепугу не пристрелили, особенно когда это существо выдало что-то в духе: «Что, мальчики, соскучились?»… Потому что вот по кому мы не скучали — так это по ожившим покойникам!

Оказалось, что эта особь вполне себе живая.