Во-вторых, я прошу тебя проводить на Острошпиле именно ночь. Очевидно, что он атаковал в момент, когда жители пика были беззащитны.

Кристалл, лежавший на столе, начал мерцать. И Хейддис, не отводивший от него глаз, мрачно проговорил:

— Те, кто был на дежурстве ничего не почувствовали, а значит на бодрствующих он влиять не может. Хотя один мальчишка утверждает, что его как будто холодной волной окатило. Можем ли мы ему верить — вот в чем вопрос.

— Ментал-чувствительные драконы существуют, — вздохнул Альдис, — но нам это ничего не дает. Впрочем… Пусть сообщает обо всех таких «волнах».

Хейддис сотворил светлячок и заставил его мерцать, после чего кристалл начал повторять эти вспышки.

— Как удивительно, — я покачала головой.

— Они не получили распространения, — Альдис немного грустно улыбнулся, — есть более удобные переговорные зеркала или почтовые шкатулки, но здесь… На нашем Пике только этот способ связи не дает осечек.

Посидев еще немного, лорд Дальфари взял с меня слово, что я буду ночевать в Острошпиле:

— Твое крыло в твоем распоряжении и ты можешь взять с собой всех, кого захочешь. Единственное, если ты пригласишь госпожу Праут, то близнецам строго-настрого запрещено с ней видеться. Я вернусь послезавтра, навещу Магнуса, владыка Алмазного Пика.

Сразу после этих слов Альдис встал, чуть замешкался и, склонившись, коснулся губами моей макушки:

— Не натвори глупостей, пока меня нет. Хейддис — не отходи от нее ни на шаг.

Проводив взглядом лорда Дальфари, я повернулась к оставшемуся со мной дракону и с любопытством спросила:

— Что не так с Виллерой?

— Она косвенно подтвердила, что Фенпрауты были менталистами, — вздохнул Альдис. — И раз Дальфари об этом не знают, то…

— То на них воздействовали, — ахнула я. — Постоянно или один раз, заставив забыть о даре менталистов?

— Вероятнее всего, второе, — Хейддис скривился, — отец Альдиса разбился, упав на камни, а через неделю род Фенпраутов в полном составе снялся с места. Они даже не продали свои земли. Просто исчезли.

— Ну, порой и птицы разбиваются, — неуверенно проговорила я.

Но Хейддис покачал головой:

— Драконы не падают, Гарри. У нас два сознания и когда кто-то один исчезает, его место занимает второй. Фенпрауты покинули Пик невзирая на Лькарину, а в то время драконит был неуничтожим.

— Виллера часть этого рода, — я медленно кивнула, — ты думаешь, что она тоже может обладать этим даром?

«А ведь я взяла ее на работу. Другим отказала, а ей решила довериться и дать шанс», промелькнуло у меня в голове.

— Кто знает? Менталисты никогда не позволяли себя исследовать, знаешь ли, — дракон скривился, — проблема в том, что внушение либо проходит само, если воля человека сильна, либо не проходит никогда.

— Не может такого быть, — вскинулась я.