— Какой кошмар, — поежилась я и протянула ей стаканчик, — прошу. Приятного дня!

— Спасибо, дорогая. Побегу, порадую дочь. У нее т рудная, тяжелая работа, пусть хоть сладенького попьет в обеденный перерыв.

Молодой мужчина, что стоял позади Катрины, заказал бисквит и морс, а после подошел к девушкам и посоветовал им морскую прогулку вокруг Пика:

— Варцинитовые жилы очень красиво бликуют на солнце. Дивный вид не уменьшит вашей боли, но немного развлечет. К тому же это бесплатно, если обратиться к капитану Ровасу и сказать ему, что пришли от…

Тут я не дослушала, за моими любимыми малышами пришла их мачеха. Или няня?

«Для няни слишком богатая одежда», отметила я. «И слишком недовольный и сердитый голос».

Молодая драконица меж тем негромко, но очень сердито отчитывала близнецов. До меня, стоявшей за стойкой, доносились лишь обрывки разговора:

— …ждать вас! Сколько можно повторять…

— …маму во сне. Значит, опять будет плохо…

— …вкусный, становится легче…

— Быстро в автокатон и в замок!

«В замок?! Но здесь только один замок — Острошпиль лорда Дальфари!», задумавшись, я едва не передержала шоколад в огненном кругу.

— А все-таки вы не думали, чтобы просто купить специальный артефакт и не тратить силы?

Я перевела взгляд на клиента, который, оказывается, все это время рекламировал свою артефакторную лавку:

— Это очень интересная мысль, я обдумаю ее как-нибудь на досуге! Приятного дня!

Поток гостей иссяк, и я запустила летающие тряпки, чтобы прибрать со столов.

Уже полгода у меня не было ни единого выходного дня. Это, наверное, ужасно, но… Так легче. Пока что мне так легче, а после… После можно будет подумать и об артефактах, и о помощнице.

Сейчас меня спасает работа.

— Опять об отце думаешь? — проворчала няня, вышедшая мне на помощь.

— Нет, — соврала я.

Фанни сердито засопела:

— Он дурак.

— Он ненавидит меня.

— Он ненавидит себя, — бухнула нянюшка и, поймав в воздухе тряпку, принялась сама протирать стойку.

Зачарованная тряпка трепыхалась и пыталась вырваться из крепкой хватки, но бескрылая была немилосердна — она старательно оттирала и без того чистую стойку.

— Няня?

Фанндис отпустила тряпку и та, отлетев в сторону, принялась оскорбленно отряхиваться.

— Предполагалось, что ты этого никогда не узнаешь. Я обещала твоей матери, что не скажу. Но твой отец та еще погань, так что… Ты в любом случае не виновата, что матушка твоя родов не пережила.

— Ни один ребенок в этом не виноват, но…

— Но ты — особенно. Папаша твой, генерал бестолковый, всегда сам возглавлял все отряды. И когда произошла очередная стычка с пиратами, его сильно ранили. Матушка твоя была на последнем месяце и все равно она его с того света вытащила. А после… Ей сил хватило только на то, чтобы дать тебе жизнь.