Не бывает мужского аналога ведьм, ведьмак из сказок – это совсем, совсем другое. Чтобы быть ведьмой, надо уметь давать жизнь. Иначе не обретешь потребную легкость в ее отнятии.

– А уж мне-то как жаль, – сказал я. – Вы не переживайте, дамы. Мы что-нибудь придумаем.

Надя вернулась ко мне, я обнял дочь.

– Извини, папа, – прошептала она. – Я глупо выглядела, да?

– Не глупо, но смешно, – ответил я.

– Это ты так заменил слово «мерзко», – сказала Надя. – Я поняла.

Эрнеста позвенела ложечкой о бокал – в тишине звук был тревожен, будто ночной телефонный звонок.

– Можем ли мы еще что-то для вас сделать, сеньор Городецкий? – спросила она. – Мы можем частично снять защиту, чтобы вы смогли открыть портал отсюда…

– Уже гоните? – спросил я. Протянул руку, представил тень от руки на столе… она же должна быть, верно? Тень от хрустальных люстр, и не важно, что я ее не вижу. Она есть. Тень моих пальцев, уходящих в сумрак…

– Нет, но… – слегка растерянно сказала Эрнеста, глядя на мою руку.

Я пошевелил пальцами, ощутил на их кончиках холод сумрака.

– Папа, что ты делаешь? – спросила Надя шепотом.

– Если вдруг раздался стук, – сказал я, шевеля пальцами, – не пугайся, это глюк!

– При чем здесь Глюк? – спросила Надя. – Он писал что-то для барабанов?

– Какой же ты ребенок, – сказал я, отбивая пальцами ритм. Три коротких, три длинных, три коротких. Импульсы Силы, лупящие куда-то в пространство, в сумрак.

– Кто вы такой? – внезапно нахмурилась Эрнеста, глядя за мою спину. – Здесь частное мероприятие…

Ее голос медленно затихал, будто выкручивали громкость на проигрывателе, а глаза расширялись. Видимо, она посмотрела на того, кто стоял за моей спиной."

"Я обернулся и кивнул Тигру:

– Извини, что дергаю. Мы не договаривались о сигнале, но я решил, что ты поймешь.

– Ведьмы, – негромко сказал Тигр, обводя старушечье сборище задумчивым взглядом. По мере того как ведьмы приходили в себя (эх, жалко, я не видел, как было обставлено его появление), в ресторане нарастала… ну, не паника. Скорее – напряжение и возбуждение. – Я никогда не любил ведьм.

– Почему? – удивился я.

– Они… – Тигр задумался на миг, будто формулируя словами то, что всегда понимал, но не имел необходимости произносить вслух. – Они дергают. Тормошат. Теребят. Беспокоят.

– Я оценил твою образность и словарный запас, – сказал я. – И что они дергают?

– Сумрак, – просто ответил Тигр. – Обычные Иные – просят. Ведьмы – требуют.

Он поморщился и махнул рукой, будто жалея о вырвавшихся словах.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал я.

– Да. – Тигр кивнул. – Я очень удивился, что ты не попросил сразу.

– Ты не предложил, и я решил, что это сложно. Или невозможно.