Ну, или что-то в этом роде. И обещал нам всяческое содействие.

— А именно? — спросил Карагашев.

— На побег он не пойдет, это точно, — с уверенностью сказал Раздабаров. — И всякими разными словами постарается отговорить от побега и других блатных.

— Замечательно, коль так! — сказал Карагашев. — Это означает, что тогда и побег тоже не состоится!

— Ну, это как сказать! — не согласился Игнат. — Думаю, наши подопечные ребятки, в случае чего, попытаются вырваться на волю и без помощи блатных. Как говорится, ситуация обязывает. С них-то, я думаю, тоже спрашивают по всей строгости: что, да когда, да как… Так что рванут они на волю в любом случае, можешь в том не сомневаться! Конечно, расклад уже будет не тот, и эффект не тот, и результат, я так думаю, будет другим, но куда им деваться! Конечно, если мы в рекордно короткие сроки эту милую компанию не обезглавим.

— Да, — задумчиво произнес Карагашев. — Конечно же…

— А вот тут-то я подступаю к самому главному! — с нарочитой торжественностью произнес Раздабаров. — И сейчас я тебя очень сильно обрадую. Кажется, мы знаем имя того самого человека, который склоняет народ к побегу. Он, конечно, не самый-самый главный, а всего лишь исполнитель, под началом которого, я думаю, находятся другие вербовщики и агитаторы, но все же — это фигура! И звать его Осипов. По всей видимости, он из тех, кто осужден по какой-то политической статье. Вот так!

— И откуда сведения? — спросил Карагашев.

— От Подковы, — ответил Раздабаров. — Этот самый Осипов как раз и приходил к Подкове, чтобы склонить его к побегу. Согласись, какого-нибудь рядового доходягу на такое дело не пошлют. Значит, этот Осипов играет в шпионской организации какую-то особую роль.

— Что же, он прямо так Осиповым и назвался? — с сомнением спросил Карагашев.

— А ты не сомневайся, — пожал плечами Раздабаров. — Да, так и назвался. А чем он, по его мнению, рисковал? Тем, что Подкова его выдаст властям? Ну, так Подкова — блатной. Он с властями дела не имеет… Не мог же этот Осипов знать, что в лагере еще и мы с Лыковым! А следовательно, ему и присниться не могло, что мы с Лыковым уговорим Подкову с нами сотрудничать, и он нам расскажет об этом самом Осипове! Просчет получился у господ диверсантов. Нельзя быть такими откровенными.

— Значит, Осипов, — в раздумье проговорил Карагашев. — Проверить бы его надо. Полистать дело.

— Ну, толку от того будет не так и много, — сказал Раздабаров, — но все равно полистай. Авось что-нибудь и всплывет.

— А может, его того… — неуверенно предложил Карагашев.

— Что «того»? — не понял Игнат.

— Ну, арестовать, допросить…

— Если арестовывать, так всех вместе, — сказал Раздабаров. — А то, чего доброго, арестуешь одного, а остальные забьются по щелям, как тараканы.