Проникая с каждым разом всё глубже, яростнее, уверенно двигая тела к наивысшей точке наслаждения.

Кристина окончательно перестала контролировать себя. Ни к чему. Она подалась вперед, и теперь обе её ладони лежали на мужских плечах, сделанных, казалось, из стали. Она с удовольствием отмечала, как бугрятся его мышцы. Как широки эти мужественные плечи…

И как они ей нравятся.

Нравится всё, что с ней делает Семен.

Она вцепилась в него, стремясь быть как можно ближе.

Тело к телу.

Глаза к глазам.

Дыхание смешанно с другим дыханием.

Она двигалась навстречу каждому его движению.

Впитывала его силу. Чувствовала, как её влага обволакивает его достоинство. Как его жесткие волосы соприкасаются с нежной кожей лона, заводя девушку ещё сильнее.

Она чувствовала…

Из её груди при каждом толчке вырывался сдавленный стон. Она, чтобы не кусать собственные губы, с рыком подалась вперед и сама впилась в мужские губы, и они моментально завладели инициативой, яростно целовали её, языком проникая внутрь и вступая с её языком в самый древний танец — танец страсти.

Когда Семен прикусил её нижнюю губу и сделал ещё один толчок, внизу живота Кристины нечто скрутилось в тугую спираль и резко отпружинило, раскрылось, посылая по всему организму множества маленьких импульсов, заставляя тело содрогнуться от оргазма.

Мир вспыхнул новыми красками, как и утро ещё одного зарождающегося дня.

Семен последовал за ней. Вжался в неё до основания, глубже уже некуда, и, зарывшись лицом в её взмокшие волосы, со стоном раненого зверя, кончил.

Некоторое время они не двигались.

Стояли, боясь пошевелиться, до конца не осознавая, что же всё-таки произошло.

Как не осознавали и того, что дороги назад не будет.

Теперь произошедшее между ними никак нельзя отнести к разряду мимолетного секса.

Для каждого он станет отправной точкой в новую жизнь.

Первым отстранился Семен. Исподлобья посмотрела на Кристину.

— Ты в порядке?

Его голос по-прежнему звучал хрипло и приглушенно.

— Да, — её голос вторил ему.

— Тогда давай одеваться.

— Семен… куда мы теперь?

Она сама не знала, зачем задала этот вопрос.

— Домой. Ко мне домой.

Глава 17"

"Путь до дома Дореченцева занял меньше получаса. Но Семен снова гнал, и зачастую спидометр падал за двести.

Кристина не любила скорость, но ничего не говорила. Терпела.

После случившегося на лесной поляне, она пыталась прийти в себя. Пока получалось плохо. То, что она пережила с Семеном, никак не укладывалось в голове.

Да, секс.

Да, она получила удовольствие.

Природа угомонилась.

Но…

Что-то случилось с самой Кристиной. Нечто, выходящее за грань её понимания. Девушка замкнулась в себе, пытаясь проанализировать свою реакцию, и с неким отчаянием понимала, что у неё ничего не получается.

Это же Дореченцев.