Помимо всего прочего, это означало, что она сможет приезжать в Москву когда захочет, а не тогда, когда ее отпустит заведующая. Этому последнему обстоятельству Люба радовалась больше всего. Ей очень не хватало любимой сестры, она скучала по Тамаре и каждый раз с нетерпением ждала возможности уединиться с ней и поговорить. И каждый раз ей казалось, что наговориться всласть им все равно не удалось. Тамара приезжала редко, запись к ней была очень плотной, и заведующая отпускала своего лучшего мастера только в отпуск, даже несколько дней за свой счет брать не разрешала. «Теперь все будет иначе!» – ликовала Люба.

Николай же Дмитриевич отнесся к этой новости сдержанно и даже как будто с неудовольствием."

"– Как бы Томка вразнос не пошла, – сказал он, покачав головой. – Все-таки одно дело – государственное предприятие, там и дисциплина финансовая, и администрация, и совсем другое дело – полная свобода. Народ у нас к свободе не приучен, сразу с тормозов сорвется и в анархию скатится. Боюсь я за Томку, нарушит что-нибудь и сама не заметит, как под судом окажется. Не надо бы ей этой свободы, неизвестно еще, чем она обернется.

Законы свежие совсем, сырые еще, необкатанные, как их применять – никто не знает, идет полный разнобой, одни считают, что так, другие – что сяк, третьи – что эдак, Томка-то в этом не разбирается, наколбасит чего-нибудь. Закон надежен только тогда, когда у него есть развитая инфраструктура, есть практика применения, есть подзаконные акты и инструкции с разъяснениями, есть службы, которым вменено в обязанность следить за его выполнением. А пока ничего этого нет, я не могу быть спокойным за Тамарку.

– Да перестаньте, Николай Дмитриевич, – успокаивал тестя Родислав, – Тамара у нас умница, ничего она не наколбасит и вразнос не пойдет.

Наколбасить может жадный человек, падкий на легкую наживу, а Тома ведь не такая, для нее главное – творчество, поиск нового, красота, а вовсе не деньги. Не волнуйтесь за нее, все будет в порядке.

– Твоими бы устами да мед пить, – усмехнулся Головин. – Если человек умный, это еще не гарантия того, что он не наделает глупостей. Вон Леонид Ильич – ведь неглупый был мужик, и незлой, и не подлый, а сколько наворотил? Юрку Чурбанова поднял, в замминистры пристроил, а что получилось? Арестовали Чурбанова и под суд отдали.

За дело или нет – другой вопрос, не нам с тобой судить, но то, что руководителем он был хреновым, это неоспоримый факт. И то, что он положением своим пользовался внаглую, – это тоже факт. Не поставил бы его Леонид Ильич на эту должность – парень не сидел бы сейчас. Я все понимаю, Брежнев ради дочери старался, я тоже ради Любки тебе с Академией помог в свое время, но выпихнуть рядового майора в генерал-полковники – это уж слишком.