— Французский и английский как практика, история искусства. Маша попросила записать ее на занятия по дизайну, а Катя по психологии.

— Добавь им пару дисциплин, развивающих логику и аналитические способности, — велел отец. Мать кивнула, не понимая, но спорить не решилась. Иначе Космонавт может закусить удила и отменить поездку. А так хотелось побывать в Париже! Побродить по шумным улицам, завернуть в Орсэ или Музей Родена. И потом свобода! Пока девчонки будут учиться в лицее, можно хоть вздохнуть спокойно вдали от мужа, насладиться одиночеством, съездить в аутлеты и посетить показы мод.

— Что именно добавить? — ласково поинтересовалась она у мужа. — Я не понимаю. Литературу?

— Нет, — хмыкнул Гаранин-старший. — Логику развивает только математика. Но зубрить алгебру в Париже они точно не захотят. — Юрий Апексеевич вгляделся в лица Кати и Маши, в один момент ставшие кислыми. — Найди мастер-классы или игры, способствующие развитию. Наверняка что-то есть.

Весь обед он слушал трескотню дочерей и жены, улыбался им, а сам размышлял, как поступить. Исполнить обещание, данное Сене, или придержать документы до нужного момента?

Уже вернувшись в офис, Космонавт понял, что принял решение еще во время разговора с сыном.

И нужный момент настал именно тогда, когда гордый мальчик припрятал свои обиды и предложил закопать топор войны.

«Но слить компромат нужно не журналюгам, а передать заинтересованным лицам в Следственном комитете,» — рассудил Юрий Апексеевич и, набрав тщательно зашифрованный номер, весело предложил:

— Хочешь орден, Василий Евгеньевич? Могу подарить!

Глава 19

Еще на похоронах Нади и Люси Свете почувствовала, как в душе нарастает паника.

На ум пришла церемония перезахоронения папы, а не сами похороны. Лана снова увидела склеп де Анвилей с мраморными стенами, огромные букеты цветов, свешивающиеся из каменных ваз, вгляделась в крышку цинкового гроба, где уже больше года покоился отец, а потом и в надгробное изваяние. Попроще, конечно, чем у захороненных рядом де Анвилей. Тогда ей показалась блажью эксцентричная выходка матери. Она, словно Безумная Хуана потащила за собой и папу во Францию. Света помнила, что во время церемонии чуть не закричала от отчаяния! Года еще не прошло, как мать выскочила замуж за влиятельного и богатого мужика. Но, кидая комья мерзлой земли на два простых деревянных гроба, Света внезапно охнула. Мысль как веретено закрутилась в голове, напрочь отшибая любые эмоции, кроме страха.

«А если тогда мать пряталась, как и я сейчас? Только мне достался любвеобильный Джин, а ей потомок Карла Великого. Что, если это убийца отца до сих пор пытается нас убрать? И только брак с де Анвилем обезопасил саму Лилю Цагерт и ее детей.