Там, у ручья, Фиби выглядела такой прекрасной и цветущей, словно те самые дикие ирисы на берегу.

Из всех ошибок, совершённых в жизни, а их, видит бог, было немало, первое место занимал этот поцелуй. И Уэст никогда его не забудет. Ладони помнили, как обхватывали её лицо, рот - сладость и мягкость губ. Даже через двадцать лет пальцы не забудут очертаний её головы. Каждый сладкий поцелуй, подаренный ею, казался обещанием, словно один неуверенный прыжок в неизвестность за другим. Уэст заставлял себя вести с Фиби осторожно и нежно, когда, на самом деле, умирал от желания стиснуть в объятиях и поглотить без остатка.

Складывалось ощущение, что его тело было создано исключительно для того, чтобы доставлять ей удовольствие, рот - дарить ласки, а возбуждённая плоть мечтала ворваться в её глубины.

А, что до чувств и мыслей Фиби, Уэст не питал иллюзий, что его страсть была взаимной. Во всяком случае, не в полной мере. Если он и обладал каким-нибудь талантом, так это оценивать степень женской заинтересованности. С её стороны имелись симпатия и влечение, но они не шли ни в какое сравнение с его чувствами.

И слава богу. У Фиби и так полно проблем, не хватало только Уэста в этом списке.

– Вот последние банковские и инвестиционные отчёты, – раздался голос брата. В комнату вошёл Девон, держа в руках папку с документами, и резко бросил её на стол перед Уэстом. – Инвестиции, сделанные по совету Уинтерборна, приносят хорошую прибыль, особенно железнодорожные акции и товары широкого потребления. – Он отодвинул стул и сел, вытянув перед собой ноги. – Единственная ложка дёгтя - это, как обычно, поместье в Норфолке, – заметил он, разглядывая носки своих начищенных ботинок.

– Оно всё ещё в убытке."

"Дом и земля в Норфолке, наряду с многим другим имуществом, достались Девону вместе с титулом. К несчастью, последние три графа пренебрегали уходом за поместьем, как, впрочем, и всем остальным. Большая часть плодородных полей заросла сорной травой, а элегантный загородный дом в георгианском стиле был закрыт и заброшен.

– Там осталось всего пять семей арендаторов, – продолжил Девон, – мы платим налоги больше, чем зарабатываем. Можно продать поместье, поскольку оно не входит в майорат.

Или... ты мог бы с ним, что-нибудь сделать.

Уэст вопросительно на него посмотрел.

– Что, чёрт возьми, мне с ним сделать?

– Ты мог бы сделать его своим домом. Особняк в хорошем состоянии, и земля подходит для опытного хозяйства, которым, ты говорил, что хочешь когда-нибудь заняться. Ты мог бы привлечь новых арендаторов и начать получать доход. Если хочешь, поместье твоё.

На лице Уэста появилась улыбка. Он никогда не перестанет благодарить брата за щедрость.