– Не ругайся, когда увидишь мальчиков: они оба грязные, но прекрасно провели время. Ты случайно не видела, куда делась кошка?

– Она лежит под коляской, миледи.

Фиби нагнулась и разглядела под коляской пару янтарных глаз, мерцающих в потёмках. Кошка выползла из-под коляски с игрушечной лошадкой в зубах и бросила её на колени хозяйки.

Фиби позабавило и тронуло то, как кошка явно гордилась подношением. Игрушка была уже неузнаваема, кожа разорвана в клочья, а большая часть набивки отсутствовала.

– Спасибо, дорогая. Как заботливо. – Засунув игрушку в карман, она взяла кошку.

Впервые, когда животное устроилось у неё на руках, не последовало уколов острых коготков. – Полагаю, нам придётся оставить тебя у нас, пока мы не покинем Гэмпшир. Но ты всё равно не домашняя кошка, и не можешь поехать с нами в Эссекс. Я твёрдо решила... и этого ничто не изменит.

Глава 17

""В тебе нет ничего порочного, за исключением поцелуев"".

С тех пор как Фиби совершенно неожиданно шепнула ему на ухо те слова, Уэст пребывал в весьма странном состоянии. Он то был счастлив. То несчастен. То вдруг его бросало в жар. Он ощущал себя неуравновешенным, беспокойным, голодным.

Уэст несколько раз просыпался среди ночи, чувствуя, что кровь бурлит, требуя наступления утра.

Это навеяло ему воспоминания о тех днях, когда он напивался до беспамятства и приходил в себя в тёмной комнате, растерянный и заторможенный, не понимая, что сегодня за день, который час, или даже, где находится. Не в состоянии вспомнить, чем конкретно занимался, потворствуя своим низменным желаниям, вследствие чего оказался здесь.

Уэст сидел за длинным столом в кабинете, стены которого были обиты дубовыми панелями, перед ним лежали стопки бухгалтерских книг и документов.

Эта комната стала одной из его любимых в доме, она представляла собой компактное прямоугольное помещение, заставленное книжными полками. На полу лежал толстый ковёр, в воздухе приятно пахло пергаментной бумагой и чернилами. Через большое старинное окно, разделённое на множество секций, каждая не больше его ладони, лился дневной свет.

Обычно ему нравилось проводить здесь время. Он любил бухгалтерию, она помогала понять, как обстоят дела в поместье. Но в данный момент его обычный круг интересов, в который входили: люди, земля, домашний скот, дом, погода, даже пища, сузился до одной лишь Фиби.

Ему было жизненно необходимо, либо находиться рядом с ней, либо очень далеко от неё. Все промежуточные варианты, казались пыткой. Зная, что она в одном с ним доме или где-то рядом, в поместье, каждая клеточка его тела жаждала её отыскать.

Вчера утром, когда Уэст неожиданно с ней столкнулся, его охватило острое чувство счастья. На первый взгляд приятное, но, если копнуть чуть глубже, оно причиняло боль.