Мистер Рэвенел инстинктивно схватил Фиби и притянул к себе, и она по инерции прижалась к его груди.

Не успела она сделать и вдоха, как его губы накрыли её.

Глава 13

Однажды в детстве Фиби попала в летнюю грозу и стала свидетелем того, как, порхавшую в воздухе, бабочку сбила капля. Насекомое затрепетало и упало на землю, со всех сторон атакуемое дождём. Единственным выходом было сложить крылышки, найти укрытие и ждать.

Этот мужчина казался Фиби одновременно и бурей, и убежищем. Он затягивал её в беспросветную, всепоглощающую тьму, где не существовало ничего, кроме чрезмерно сильных ощущений.

 Обжигающее, ласковое, сладостное, настойчивое, ненасытное, нежное и грубое искушение. Она беспомощно напряглась в его объятиях, хотя и не знала, пыталась ли сбежать или прижаться к нему теснее.

Фиби жаждала почувствовать жар и мощь его тела. Такое знакомое ощущение и в то же время абсолютно новое.

Именно такого мужчину она и боялась, обладающего волей и силой, не уступающими её собственным. Мужчину, который будет желать и беспощадно обладать каждой частичкой её существа."

"Буря рассеялась так же внезапно, как и грянула.

Издав хриплый звук, он оторвался от Фиби, разжав объятия. Она покачнулась, ноги угрожали подогнуться, словно бумажные, но Рэвенел протянул руку, чтобы её поддержать.

– Это была случайность, – проговорил он, тяжело дыша.

– Да, – ошеломлённо произнесла Фиби, – я понимаю.

– Книга падала... я потянулся за ней... а ваши губы оказались на пути.

– Давайте не будем об этом больше говорить. Не станем заострять внимание.

Мистер Рэвенел ухватился за это предложение.

– Этого никогда не случалось.

– Да... нет, поцелуй был... непримечательным, я о нём забуду.

Её высказывание довольно быстро привело его в чувства. Дыхание замедлилось, и он отодвинулся подальше, чтобы бросить на неё оскорблённый взгляд.

– Непримечательным?

– Нет, – поспешила ответить Фиби, – я имела в виду, что не стану о нём думать.

Но с каждой секундой его настроение портилось всё сильнее.

– Этот поцелуй нельзя считать настоящим. Я ведь только начал.

– Знаю. Но всё равно, он был очень милым, так что не нужно...

– Милым?

– Да.

Фиби не понимала, почему он выглядел таким оскорблённым.

– Если мне представился всего один шанс в жизни вас поцеловать, – мрачно сказал он, – будь я проклят, если поцелуй окажется второсортным.

У меня же есть стандарты.

– Я не говорила, что он второсортный, – запротестовала она, – я сказала, что он был милым.

– Мужчина предпочёл бы получить пулю в зад, чем, услышать от женщины, что он ""мило"" занимается любовью.

– Ну ладно вам. Вы делаете из мухи слона.

– Теперь придётся всё повторить.

– Что?

У неё вырвался сдавленный смешок, и она отпрянула.

Уэст без труда притянул Фиби ближе к себе.