Ее затошнило от омерзения, и фермер, сопровождавший ее, печально признался:

— Я пытался стирать, но эта гадость тут же появлялась снова."

"Ему тоже было не по себе. Что бы ни сделала девушка, с ней поступили слишком жестоко. Ее, совсем девчонку, испуганную и несчастную, защитить было некому, особенно после гибели отца и брата, с полубезумной матерью-инвалидом… Да и потом, она не единственная, кто продавал себя за кусок хлеба, если только в этом заключается ее вина!

Этот умудренный жизненным опытом пожилой мужчина оказался более терпимым, чем остальные.

— Я поговорил с каменщиком: можно заменить некоторые фрагменты стены или выкрасить.

Но Гаэль знала, что в этом случае выход только один.

— Продайте его…

— Простите?

— Я хочу продать поместье.

Гаэль слышала, что парижане, которые смогли как-то сохранить деньги, а также иностранцы с удовольствием приобретали во Франции земли и имеющую историческую ценность недвижимость. Особенно сейчас спрос был высок, поскольку продавцам отчаянно требовались деньги и можно было покупать задешево. Но ей все равно: что предложат, на то и согласится, потому что никогда больше не сможет здесь жить.

Гаэль хотела бы сохранить в памяти только то, что было в счастливом детстве. Все происходившее, с тех пор как ей исполнилось пятнадцать, было кошмаром, который, к сожалению, не забудется, и ничто не вытравит это из памяти, даже если с фасада сотрут гадкие слова. Вот что думают о ней бывшие соседи: считают шлюхой, предательницей, продажной тварью. Никто не знал о ее участии в Сопротивлении, а у нее не было возможности объясниться. Да и что толку: никто не поверил бы. Большинство ее бывших коллег растворились в неизвестности и начали новую жизнь. Дети, которых она спасла, рассеяны по всей Европе, живут в разных семьях, с добрыми людьми, которых считают родителями.

Гаэль попросила фермера выставить поместье на продажу и согласиться на любую сумму, сколь бы ничтожной она ни была. Мужчину явно шокировали ее слова, но он все понимал, поэтому все-таки сделал ей предложение, на которое не осмелился бы раньше. Он давно мечтал купить ферму, на которой его семья работала много поколений, и еще две соседние. Мужчин там не осталось, все погибли, а вдовам вести хозяйство не под силу, вот они и разъехались кто куда.

Гаэль посчитала, что за преданность ее семье и доброту к ней самой фермер заслужил получить эти земли в дар, поэтому они договорились о смехотворной цене, да и то потому, что он настоял, решив, что это слишком щедрый подарок. Фермер был безумно счастлив.

Он хоть и жалел девушку, но видел, что гораздо лучше ей живется в Париже. Его не могла ввести в заблуждение нарочитая простота ее одежды, Гаэль выглядела настоящей светской дамой, сама суть ее изменилась.