И это имело настолько неприятные последствия, что результаты его воспитания чувствовала до сих пор.

— Сколько им?

— Пять и семь. Очень капризные и непослушные мальчишки, хотя могут быть и сущими ангелочками.

— А чем занимается ваша сестра?

— Она художник по призванию и медсестра по профессии. Ее муж — адвокат, так что все контракты для меня составляет он.

— Что же, это очень полезно, — рассудительно заметила Гаэль.

Ее немного удивило, что у него вполне нормальная, традиционная семья, а не богема, как казалось поначалу.

— У вас есть еще братья или сестры?

— Нет, только мы двое. Мы всегда были очень близки и даже жили в одной квартире, пока она не вышла замуж. Еще в юности мы потеряли родителей, так что приходилось рассчитывать только на себя. Я бы пригласил вас, но сестра ужасно готовит. Кроме того, мой зять после двух бокалов вина обычно засыпает прямо за столом и храпит. А мальчишки и вовсе могут свести с ума, поскольку им позволяют делать все что угодно. Сестра говорит, что, набегавшись, они лучше спят. Совершенно невозможно нормально общаться, когда они швыряются чем ни попадя и вопят.

Гаэль расхохоталась:

— Обычные мальчишки, ничего особенного.

— Я надеялся, что Амандин отошлет их в пансион, чтобы можно было снова к ней приехать поговорить по душам, чего мы не делали годами. Они всегда рядом и всегда очень шумят. Так что наслаждайтесь сегодня ужином в тишине и покое, — заключил Кристофер, прежде чем откланяться.

На прощание он поздравил ее с удачным приобретением для музея.

На следующий день они так и не созвонились, и Гаэль с удивлением поняла, что ей его не хватает. Это казалось абсурдным даже ей, ведь они едва знают друг друга. Ей нравилось беседовать с ним, была приятна его поддержка на аукционе, когда с каждой ставкой росло напряжение. Он разделил с ней восторг, когда удалось получить то, за чем она пришла.

Гаэль отправилась прогуляться, а вернувшись домой, устроилась с книгой на диван, поставила запись и тут же заснула. Может, Кристофер прав и его музыка действительно усыпляет?

Доминика вернулась домой во второй половине дня и почему-то спросила, как мать провела уик-энд. Гаэль показала ей картины, сказала, что ходила гулять, упомянула еще десяток всяких мелочей, но и словом не обмолвилась о Кристофере. Да, собственно, и сказать-то было нечего. Вряд ли Доминике интересно, что они вместе обедали, два раза ужинали и провели день на аукционе. А что еще можно добавить? Если она признается, что этот человек ей очень нравится, а его музыка убаюкивает, Доминика разозлится. Гаэль решила, что не обязана отчитываться перед дочерью, чтобы не портить впечатление о чудесном уик-энде.