Пусть обстоятельства складывались странно, пусть я здесь совершенно не к месту, все же понимание того, что вокруг — настоящие люди, меня успокаивало. Они были из теплой плоти, с настоящими волосами, с сердцами, биение которых я чувствовала, с легкими, вдыхавшими воздух. Пусть от некоторых из них плохо пахло, пусть они были грязными и завшивленными — в этом для меня нет ничего нового. Во всяком случае, условия не хуже, чем в полевом госпитале, а повреждения пока значительно слабее, и это обнадеживает. Я испытывала громадное удовлетворение от того, что снова могла облегчать боль, вправлять суставы, исцелять.
Каллум Маккензи. Такой странный человек. Культурный, учтивый (даже слишком), очень внимательный, но подо всем этим чувствуется спрятанный стальной стержень. Гораздо очевиднее эта сталь была в его брате Дугале. Этот рожден воином. Однако, стоит увидеть их вместе, и становится ясно, кто из них сильнее.
Синдром Тулуз-Лотрека. Я никогда не сталкивалась с ним, но слышала, как его описывают. Названный в честь знаменитого человека, который страдал этим заболеванием (и который еще не родился, напомнила я себе), он являлся вырождением костей и соединительных тканей. Жертвы этой болезни часто кажутся здоровыми до раннего подросткового возраста, когда длинные кости ног, не в состоянии выдерживать вес туловища, начинают слабеть и разрушаться.
Бледная, нездоровая кожа с ранними морщинами — еще одно внешнее проявление плохого кровообращения, характерного для данного заболевания.
Тут я споткнулась, вспомнив о Хеймише. Мой сын, сказал Каллум, гордо представляя мне мальчика. Хм-м, подумала я. Может, все же не импотент. Или импотент? Тогда Летиции крупно повезло — мужчины Маккензи очень похожи друг на друга. Моим интересным размышлениям помешал стук в дверь. На пороге стоял один из вездесущих мальчишек с приглашением от Каллума.


















Комментарии
Добавить комментарий