Если Галка добавила в него слишком много рома, значит, сегодня я снова напьюсь — и, между прочим, имею на это полное право. Свадьба у меня всё-таки или нет?

— Слушай, а что муженёк твой говорил о поездке в Польшу? Я не особо расслышала.

— Ну, что через несколько дней мы едем с ним туда по работе. А что?

— Да ничего. Одеться тебе нужно, значит. Упаковать свои прелести.

— Галка, ну только ты не начинай. Адам мне и так постоянно напоминает, что я всего лишь товар, за который он платит деньги.

— И что?

— И ничего. Мне надоел этот эпитет.

— Надоел он ей! Тебе дают огромные деньги за непыльную работёнку.

Что ты нос воротишь?

— Галь…

— Ну, что? Давай будем честны друг с другом. С Левандовским тебе вряд ли светит что-то вроде: «И они любили друг друга и умерли в один день». Согласна?

Я поджала губы, глядя на подругу. Она озвучила то, что я и без того знала. Только одно — думать об этом наедине с собой, и совсем другое — убедиться, что мои мысли имеют самое непосредственное отношение к реальности.

— Согласна, — всё же выдохнула я в ответ.

— Ну и всё. Чего тут из себя фифу строить? Или — ещё хуже — честную фифу.

О себе нужно подумать в первую очередь.

— Как в этом случае вяжется «упаковка прелестей» с тем, чтобы я думала о себе?

— Известно как. Гораздо приятнее отправиться в путешествие под названием «фиктивный брак» будучи уверенной в себе. С этим же тоже спорить не станешь?

— Не стану.

— Ну и всё. Муж твой денег же тебе дал?

— Дал. И немало.

— Тогда самое время купить ему за его же деньги мозговынос.

— Это как?

— В бутик мы с тобой едем. Бельё покупать. Ну там, кружавчики всякие, шёлк, чулочки.

— Зачем? Ты думаешь, Левандовский прикажет мне в этой поездке устроить ему дефиле «жена без одежды»?

— Мало ли… готовой в этой жизни нужно быть ко всему.

— Хм.

— Никакого «хм». Собирайся, мы едем опустошать ближайшие магазины. Жаль я не взяла номер телефона Юры. Подкинул бы нас сейчас.

— Галка…

- Ну что? Если тебе достался Левандовский, я готова удовольствоваться его юристом. Знать бы, женат он или нет.

Она тяжело вздохнула, после чего отставила бокал с недопитым мохито и указала на дверь.

— Едем! У меня самое подходящее настроение для покупки развратного белья.

И ты просто обязана этим воспользоваться.

Глава 17"

"Адам и сам не понял, как ноги принесли его в незнакомый дворик одного из старых домов в центре города. Остановился, пробегая глазами по всему, что его окружало. Скамейки у подъезда, детская площадка, ряды деревьев по всему ее периметру. И в этот утренний час здесь — только несколько мам и бабушек с детьми.

Он смотрел, как дети носятся по площадке — искренние, непосредственные, беззаботные.