Итогом всех его размышлений, от которых уже трещала голова, стало решение о том, что лучше всего отныне держать со своей секретаршей нейтралитет. Сугубо деловые отношения и ничего более. Даже с учётом того, что сейчас они станут супругами. Вернее — с учетом этого — особенно.

Адам предложил ей руку и провел в небольшую комнату, где их уже ждала сотрудница ЗАГСа, чтобы провести краткую церемонию. В этом простом, совершенно не праздничном помещении они оказались одни. Галина и Юра остались за дверьми.

Левандовский прослушал торжественную речь, кратко произнесенную регистраторшей исключительно приличия ради и покосился на Еву, когда прозвучал вопрос о том, является ли вступление в брак добровольным. Она кивнула, а он со своей стороны ограничился кратким «да», внезапно пожалев о том, что все это происходит не под дурацкие звуки марша в присутствии гостей, половину из которых они бы даже не знали. Тогда он мог бы посмеяться над всей этой напыщенностью, сейчас же, стоя рядом с Евой, ощущал происходящее как что-то слишком интимное, словно это было некое таинство, в которое были посвящены только они двое и женщина, говорившая слова, не имевшие к ним никакого отношения, но в которые почему-то вдруг захотелось поверить.

Он надел на палец Евы простое кольцо из белого золота, купленное накануне Пановым — глупая дань традиции, не нужной ни ей, ни ему. Проследил за тем, как она, в свою очередь, надела кольцо на палец ему и чуть помедлил, решая, стоит ли ее целовать. Взгляд Адама остановился на пухлых губах, рождая воспоминание о том, как мучительно он хотел ее тогда, во время приема. И именно это остановило его от повторения этой ошибки сейчас.

Ева поставила свою подпись в регистрационной книге, и он расписался за ней следом. Получив все необходимые документы, они вышли в коридор.

Он не знал, что ей сказать. Не представлял совершенно. Поэтому предпочел обратиться к самой привычной для себя теме — к делам.

— Через несколько дней мы едем в Польшу, — сообщил Левандовский будничным тоном. — Надеюсь, у вас есть заграничный паспорт. Для поездки вам оформят срочную визу. На работу вас сейчас отвезет Юра. Я буду позже, — сказав все это, Адам быстрым шагом направился к выходу, ослабляя на ходу галстук.

Ему снова не хватало воздуха. Но на этот раз — по совсем иной причине.

— Ну, что я могу сказать? Он у тебя жуткий бука. Я даже не припомню, чтобы встречала в своей жизни такой экземпляр.

Глава 16

Галка покачала бокалом с мохито, в котором звякнули кубики льда. Как я ни заверяла подругу, что в мохито лёд должен быть в виде крошки, она категорически была против, и делала этот коктейль по-своему."

"Мы сидели у неё на кухне. Я — всё в том же белом платье, которое совершенно не заметил Левандовский.