Впрочем, запахом это не назовешь, скорее, это была гадкая вонь дешевой бормотухи, – Ты пьян, скот поганый!

Я попыталась наклониться, чтобы поднять валявшуюся на полу шубу, но тут же получила сильный удар по спине.

– Я еще выясню, что ты сделала с Фомой! И куда ты его дела! Это все твои проделки, грязная сучка! Я вижу тебя насквозь! Как ты могла так разговаривать со мной при пацанах! Теперь запомни: я буду приходить к тебе когда захочу, а ты будешь ублажать меня! Поняла? Я предпочитаю только анальный секс! Пережитки зековской жизни – что поделаешь!

– Ты не прикоснешься ко мне и пальцем! Урод!

– Именно пальцем я к тебе и прикоснусь, только смотря каким, и вообще, Чупа, не заводи меня – ты же знаешь, как красиво я могу тебя убить. Ни в жизнь никто не догадается, что это я. Если я тебя грохну, то на твое место встанет Гарик. Надеюсь, что он окажется посговорчивее. Думаешь, я тебя не узнал, когда увидел вместе с Фомой? Я тебя сразу узнал! Ты поломойка!

– Кто?

– Один раз я приехал к товарищу в гости. На зоне вместе сидели. Это было в Хабаровске. Мы сняли номер в «Интуристе» и стали гудеть. Я видел тебя, как ты мыла в этой гостинице туалет. Ты тогда была еще совсем соплей.

В твоих руках был квоч. Кто бы мог подумать, что из той ободранки вырастет такая изысканная дама. Помнишь, я ущипнул тебя за твою костлявую задницу и громко засмеялся. Так это был я. Я очень долго вспоминал, где мог тебя раньше видеть, и наконец вспомнил. Ты – поломойка, убиравшая парашу в туалетах. Я сказал это Фоме, но он мне не поверил. Но уж мы-то с тобой знаем, что я сказал правду! Для меня ты всегда будешь уборщицей! Это для них всех ты королева, а для меня ты – поломойка!

– Можно подумать, на твоей шее всегда висела золотая цепь толщиной в палец и ты всегда катался на джипе!

Все мы с чего-то начинали, пока шли к деньгам. Откуда мне знать, может, ты на зоне был петухом.

– Что ты сказала, сучка?! – рассвирепел Бык.

– Что слышал! – Я взяла вазу из чешского стекла и разбила о стену. Затем схватила осколок и полоснула Быка по шее.

Он отскочил и стал отступать.

– Больно? Пошел вон отсюда, скот! Я всегда умела за себя постоять. Мне было шестнадцать лет, когда я мыла полы в «Интуристе». Помнишь, что я сделала, когда ты ущипнул меня за попку?! Я дала тебе классную пощечину и вызвала охрану. Тебе сделали предупреждение и хотели выселить из гостиницы за приставание к несовершеннолетним! После этого ты заткнулся и перестал смотреть в мою сторону. Я всегда умела за себя постоять!!! Точно такую же вазу я разбила о голову своего отчима, когда он хотел меня изнасиловать!!! А ты всегда был петухом и всегда им останешься!!! – разошлась я, держа в руках окровавленный осколок и смахивая слезы.

Бык ошалело смотрел на меня.