Действие глюкозы уже кончилось, и теперь она дрожала, тихо всхлипывая.

— Перриш, может быть, тогда ты полезешь первой? — спросил Даак.

— А ты меня удержишь? — произнесла я с сомнением.

Он прикинул на глаз мой вес, потер свой раненый бок и сказал:

— Попытаюсь.

Мэй облегченно вздохнула и спрыгнула вниз.

Я с трудом взобралась ему на плечи. Он кряхтел от натуги под моей тяжестью, но все-таки сумел выпрямиться.

Было ясно, что ему долго не удержать меня. Я поняла, что лезвие нужно вращать, и тогда биомасса будет смыкаться не так быстро.

Проделав отверстие, в которое могли бы пройти мои плечи, я просунула туда руку и наткнулась на что-то твердое.

Оказалось — оконная рама.

— Ага, я нашла проход! Подтолкни меня!

Я вцепилась в раму и полезла в дыру. А уже через мгновение упала на пол с той стороны окна.

Вскочила на ноги и огляделась в поисках воинов.

Никого. В тусклом янтарном свете виднелись только несколько сломанных стульев да обертки от еды.

А потом… потом меня неожиданно осенило.

Ведь я могу бросить своих спутников за стеной.

Но кого я сумею одурачить? Мэй все равно будет преследовать меня до конца жизни.

И Даак тоже…

Ладно, никто не сможет обвинить меня в предательстве.

Я схватила сломанный стул и просунула его в окно. Никого не разглядела, но все же крикнула:

— Постарайтесь встать повыше. Я втяну вас!

Биомасса набилась мне в рот, и я закашлялась.

Выплюнув ее, я повторила попытку, расширяя отверстие кинжалом. Уже через несколько минут я разглядела нос Мэй.

Хоть бы век ее не видеть.

Вскоре появилось все лицо. Она изо всех сил вцепилась в стул. По подбородку стекала слюна.

— Лойл велел поторапливаться, — выдавила она.

Поторапливаться! А я что делаю, черт возьми?"

"Я дернула Мэй с такой силой, что она влетела в комнату, словно пробка.

Затем я повторила процедуру и втащила Анну. Она растянулась рядом с Мэй, еще более измученная, чем прежде.

Я принялась снова расширять дыру. Но масса густела и давила все сильнее, отталкивая меня назад. Я в очередной раз крутанула кинжалом, и его вырвало у меня из рук.

Нет! Я просунула пальцы вслед за ним и нащупала лезвие. До рукояти было не дотянуться. Сделав глубокий вдох, я схватилась за клинок. Он прорезал мою ладонь до кости. Все тело пронзила дикая боль.

Эскаалим так и взвился при мысли о крови. Мир начал блекнуть перед моими глазами. Но все же стоило рискнуть. Жажда крови заполнила все мое сознание и заглушила боль. Уже через секунду я чувствовала присутствие паразита во всех своих венах.

Я наконец-то высвободила кинжал и стала расчищать дыру. Работала руками, как бешеная, подгоняемая болью. Где-то внизу мне удалось нащупать руку Даака. Я потянула его с такой силой, будто умирала от голода, а он был последней рыбой, оставшейся в последнем океане.