Такой коктейль живо оживляет тихие стоны, его рык, ритмичные, сильные толчки. А еще я буквально слышу, как его пальцы касаются моей кожи. Вдавливаются чуть глубже или нежно проводят — неважно! Я слышу каждую ноту его прикосновения.

И это почти смерть.

Сердце глухо стучит в горле. Я теряю равновесие и фокус, хватаюсь за комод, чтобы не упасть, и не могу сделать ни единого шага.

Меня разносит на части.

Это мясорубка.

Медленная, особо ужасающая пытка, когда твои внутренности перемалываются и распадаются на молекулы.

Это ад.

А потом становится еще хуже, когда из запахов, звуков и фрикций ухожу я. Остается он один. Его тмин с нотками перца. Его глухой рык. И его большая тень, лежащая на кровати.

Как он всегда делал."

"Закинув руку за голову, прикрыв глаза. Я буквально вижу Яна на ужененашей постели, будто он еще здесь, но…так реальность бьет тебя под дых, пожалуй.

Потому что его здесь нет и больше никогда не будет.

От ужасов собственного воображения и грузности осознания меня отвлекает вибрация.

Часто моргаю. Стараюсь не двигаться лишний раз, даже не дышать, чтобы снова не пропустить себя через мясорубку.

Мне внутри ноет.

Мне ноет.

И это не прекращается, но если не двигаться…может, станет легче?

Прикрываю глаза. Вибрация продолжает настойчиво резать мою реальность, но благодаря ей волна пульсирующей агонии отходит в сторону.

Я делаю пару почти полноценных вдохов, потом поворачиваю голову и медленно иду на звук к своему туалетному столику.

Это мой телефон. Он лежит экраном вниз, и когда я стягиваю его, в глазах на мгновение темнеет.

Меня обдает жаром от макушки до кончиков пальцев.

Любимый

Я смотрю на заветное имя совершенно по-дурному. Просто моргаю, просто читаю снова и снова, и совсем не понимаю. Что ему нужно?

Хочу ли я говорить? Нет!

Первый порыв, если честно, взять и швырнуть телефон в стену! Вот так! Взять и швырнуть! Разбить его на миллион частей! Во мне поднимается мощная волна протеста, но потом приходит холодный рассудок.

И что? Швырнула. Дальше? Вам все равно придется говорить. У вас развод.

Это правда. Больше всего на свете я хочу никогда не слышать его голос, не видеть его глаз и не чувствовать его присутствия, но это невозможно.

Поэтому я гашу в себе все эмоции, прикусываю губу до боли, а потом резко снимаю трубку и прикладываю к уху.

— Да?

Слышу тяжелое дыхание.

Потом глубокий вдох и еще один шумный выдох.

Морщусь.

Знаю, что это значит. Он снова курит.

— Ян, ты время видел? Что случилось? — говорю тихо и совсем не отстраненно, как бы мне ни хотелось обратного.

Больно.

Зачем ты позвонил?…

И почему ты молчишь?

В сердце прокрадывается слабая надежда, и я медленно опускаюсь на свой пуфик, цепляюсь за край стола и шепчу.

— Ян?

Пожалуйста, любимый. Я тебя умоляю.