Все конные и в доспехах разного качества. Чтобы был понятен уровень оснащения, скажу, что мои доспехи были самыми лучшими, даже королевские превосходили, а воинов моего отряда — находились в верхней половине списка. Несколько человек из набранных ранее были сегодня изгнаны, потому что так и не успели обзавестись хорошим конем или доспехами. Думаю, если бы не появился наш отряд, и дальше бы служили.

— Странно, что Сепп отказал вам! — осмотрев нас, удивился правитель Аквитании.

Я не стал говорить, что у его помощника, как у многих дохляков, скрытая ненависть ко всем, кто крупнее и сильнее.

Сеппу все равно будут верить больше, чем мне.

— Мы были без оружия и части доспехов, — сообщил я.

— Наверное, поэтому, — сделал вывод Эд Большой и огласил решение: — Вы приняты все. Ты их лучше знаешь, поэтому и дальше будешь командовать отрядом.

Затем мы поехали в главную городскую церковь, где хором поклялись на Библии служить правителю Аквитании верой и правдой, не щадя живота своего. Обошлись без поцелуев. Это еще был не оммаж, но уже близко. Взамен нам пообещали жалованье и довольствие, чтобы жить, как подобает в нашем статусе, правда, конкретных цифр не назвали.

Кстати, за убийство букеллария был самый высокий вергельд (денежная компенсация) — тысяча восемьсот солидов, что в три раза больше, чем за знатного франка или свободного воина в походе, и в девять раз, чем за свободного крестьянина или ремесленника.

32

Люблю бабье лето. Не жарко, не холодно. Собран урожай, и все сыты и довольны. Даже воевать в это время нет желания. А придется.

Мы стоим в южной части длинной долины неподалеку от Суасона — второго по значению города, так сказать, духовного центра герцогства Нейстрия.

Мой отряд, как и остальные аквитанские букелларии, на правом фланге. Левее расположилась наша пехота, в основном баски, составлявшая примерно треть центральной фаланги. Остальные две трети — нейстрийская пехота, левее которой нейстрийская конница. Правитель Аквитании Эд Большой командует правым крылом, мажордом Нейстрии Рагенфред — левым, король всех франков Хильперик Второй — центром. Каждый из командиров считает себя самым главным, что наводит на грустные мысли. Австразийцы под командованием Карла Мартелла на противоположном конце долины, на склоне холма, поросшего кустами и отдельно стоящими деревьями. Нас тысяч семь, врагов тысяч пять. У нас раза в два больше конницы, которая разделена на две примерно равные части, что сильно увеличивает шансы на победу. Вся вражеская конница на их правом фланге, где холм более пологий и лишен растительности. Солнце уже поднялось высоко, но обе армии не спешат начинать. Как догадываюсь, обе хотели бы действовать от обороны. Наверное, потому, что сражение может стать решающим.