Зато в их лагере у подножия горы спят спокойно, уверенные, что мы туда не пойдем. Поэтому нам надо тихо вернуться по тому же пути, по которому добрались до пещеры, и напасть на вражеский лагерь. Трупы лошадей послужат нам дорожными указателями.

Сидевшие у стен воины загомонили, причем с каждым словом тон становился радостнее. Неожиданные и порой кажущиеся невыполнимыми планы почему-то очень легко внушают людям надежду.

Пелайо собирался возразить мне, но, как и положено опытному придворному интригану, уловил изменение настроения воинов и перехватил инициативу:

— Я тоже думал о таком варианте, но решил, что вам не понравится.

Что ж, если вы не против, давайте рискнем — попробуем прорваться через долину.

Сидя в пещере и слушая вой ветра и звон дождевых струй, я радовался, что сейчас нахожусь не в море на паруснике. Выйдя наружу и промокнув за секунды, пришел к выводу, что в море было бы все-таки лучше, если конечно, судно не сносило бы к скалистому берегу. Холодные капли затекли под доспехи и мигом пропитали ватную фуфайку и шелковые рубаху и штаны. Холодный и, как ни странно, колючий ветер, какой бывает только в горах, следовал за ними, выдувая тепло.

Минут через пять я задубел так, будто иду в двадцатиградусный мороз. И это притом что я все-таки привычный к холодному климату. Представляю, каково моим соратникам-южанам. Наверное, поэтому двигались мы быстро и молча. Разве что кто-нибудь, соскользнув, падал и съезжал по мокрому склону, тихо ругаясь. Впрочем, ругаться можно было и громко. Ветрюган надрывался, как хор чертей, заглушая любые звуки, даже звон оружия и доспехов при ударах о камни."

"Я двигался удачно, без падений, пока не соскользнул по склону и пошел ниже остальных.

Преодолев метров двадцать, налетел на лошадиный труп, уже затвердевший. Зацепившись за заднюю ногу, шмякнулся на переднюю часть туловища и рукой попал на голову, которая была мокрой. Мне почему-то показалось, что это все еще течет кровь. Потер ладонь и мокрую шерсть на лошадиной шее, наткнувшись на мокрый ремень уздечки. На всякий случай снял ее и засунул за пояс. Вдруг удастся прорваться к лошадям?! Ездить без седла — это запросто, а вот управлять без уздечки чужой лошадью трудно, даже если используешь кардео — мягкую веревку, перекинутую через шею. Для этого нужно взаимопонимание коня и всадника, которое нарабатывается не быстро. Кстати, большая часть амазигов (берберов) именно так и ездит, поэтому ценят своего коня.

Во вражеском лагере настолько были уверены в победе, что спокойно спали, даже караулы не выставили. Шатры стояли как попало вокруг самого большого. Он был из светлой материи, виден издали. К нему пошел Пелайо со своей свитой.