Хлеб был из муки грубого помола, смесь пшеничной и ячменной. Вино подала белое, слишком кислое, но холодное, прямо из погреба, что немного сгладило его недостатки. С красным вином в этих краях пока проблематично. Так будет еще несколько веков. Какой век сейчас, ни хозяин постоялого двора, ни его жена не знали. Они даже понятия не имели, сколько им лет. «Еще не старые».

Пока я в охотку уплетал бобы, женщина так же охотно выслушала мою байку про чудесное спасение, а потом ответила на мои вопросы. Впрочем, на многие ответа у нее не было. Как и у ее мужа Ульриха, который постоянно выходил во двор ненадолго, что-то там делал, видимо, а возвратившись, вставлял в разговор свои ржавые три копейки, то есть нуммии.

От хозяев я узнал, что считают себя франками, живущими в королевстве Аквитания, которое простирается от океана на западе до Бургундского королевства на востоке и от левого берега реки Луары на севере до Вандальского моря на юге. Как я догадался, Вандальское море — это Средиземное. У моих бывших сограждан прямо таки феноменальная способность влипать в историю, правда, на этот раз ненадолго по историческим меркам. Правит королевством Эд (местный вариант германского имени Одо) по кличке Большой, потому что высокого роста. Он младший сын герцога Лупа, недавно умершего. Старший брат Губерт не захотел быть правителем, подался в епископы. В данный момент Аквитания ни с кем не воюет, что было для меня прискорбной новостью, потому что в мирное время воины не нужны. Столица была в Тулузе. Что ж, поедем туда. Может, пока доберусь, и война начнется.

Когда я заканчивал трапезу, пришел рыбак с платой за лодку. Денарии оказались раз в пять меньше тех, что были в Римской республике, и на треть меньше восточно-римской силиквы из моей предыдущей эпохи. Знал бы, запросил бы за лодку все десять. Монеты не походили на римские. Только на аверсе одной была голова человека в профиль, причем без надписи, кто это, а на реверсе — крест. На остальных на реверсе тоже был крест, причем разного вида, а на аверсе какие-то закорючки, из-за чего напомнили мне монеты кельтов. Три были из двух половинок. Как мне объяснили, так легче расплачиваться, потому что сдача не всегда есть. С монетами сейчас напряг, мало кому нужны, рулит бартер. При этом почти в каждом крупном городе есть свой монетный двор, в том числе и в Бордо, но штампуют монеты только перед ярмаркой, которая будет в конце лета, и чтобы заплатить налоги правителю Эду в начале зимы."

"До захода солнца было еще пара часов. Идти сейчас в город не имело смысла. К тому же, устал сильно. Я перенес все дела на завтра, пошел в свою комнату.