был приложен вексель на пятнадцать тысяч, выписанный на банк братьев Фуке. Каверину хотелось как можно скорее покончить с проклятым делом, и он рассудил, что до завтра вполне успеет переписать бумаги.

– Давайте встретимся у вас завтра в полдень. Я принесу с собой деньги.

– Смотрите не опоздайте, – сказал Эльстон, провожая его до двери. – Только, ради бога, никаких глупых фокусов. У меня надежный слуга, и он чертовски хорошо стреляет.

Алексей улыбнулся одними губами. Глаза его смотрели холодно и зло.

– Можете не волноваться, мсье, – ответил он и удалился под стрекотание одуревших от июльской жары кузнечиков.

Оставшись один, Эльстон долго смотрел ему вслед, потом засмеялся, оживленно потер руки и бросился в дом, где велел слуге Мартену откупорить бутылку шампанского.

– Вы думаете, он не обманет вас? – спросил Мартен, который околачивался поблизости и слышал весь разговор.

– Нет, не обманет, – ответил Эльстон. – Не такой он человек. Двенадцать тысяч луидоров, черт меня дери, двенадцать тысяч! Нет, ты мог представить себе такое?

– Сначала их надо еще получить, – рассудительно ответил Мартен."

"Как показали последующие события, он оказался совершенно прав.

Глава двенадцатая,

в которой Фредо Болтун терпит поражение, однако Алексей Каверин тоже остается внакладе

На следующий день, ровно в полдень, Алексей стоял в той же комнате.

Штатный соблазнитель встретил его в дверях виллы. По случаю своего грядущего богатства Эльстон приоделся и побрызгал на себя туалетной водой, которая в те времена стоила целое состояние. По величавым манерам и скромно-торжествующей улыбке Эльстона можно было запросто принять за наследного принца, к которому явился гонец с известием, что королевский трон наконец-то стал вакантным.

По пятам за Кавериным шагал слуга Мартен, пыхтя от осознания важности своей миссии. Фредо Болтун таки поручил ему присматривать, чтобы гость ненароком не учудил чего-нибудь.

– Надеюсь, деньги у вас? – спросил Эльстон, нервно потирая руки.

Алексей молча достал вексель на предъявителя, из которого следовало, что банк братьев Фуке обязуется по первому требованию отсчитать подателю сего двенадцать тысяч золотых в звонкой монете. Лицо Эльстона при виде документа слегка омрачилось.

– Честно говоря, – промолвил он, деликатно кашлянув, – я предпочел бы наличные.

Мартен за спиной Каверина облизнул губы.

– Нет ничего проще, – спокойно отвечал Алексей. – Как только я получу письма, мы прокатимся в банк, и вы получите свои деньги. Не волнуйтесь, – добавил он почти презрительно, – вексель настоящий.

Эльстон нервно потер усы. Зрелище бумажки, в которой заключалось целое состояние, и завораживало, и манило его, но, как и всякий мошенник, больше всего на свете он боялся быть обманутым.