Я переоделась в чистую сорочку и влезла в кровать, а Берта, унеся таз с грязной водой, вернулась с уже пустым и предусмотрительно поставила его под кровать, объяснив свои действия смущенным:

- Мало ли что, вдруг да запонадобится…

На стол она водрузила кувшин с водой, и прихватив графин и уже закрывая за собой дверь, тихонько шепнула:

- Я нынче в соседней комнате заночую, госпожа баронесса, так что ежели что – стучите в стенку.

Моего юного мужа до комнаты довели свидетели. Более того, эти уроды вломились в спальню и посадив пьяного мальчишку на стул пообещали всенепременно позавтракать с нами.

Если бы не мать-настоятельница, которая зашла в комнату через минуту и строго приказала им удалиться, думаю сегодня они бы познакомились с русским матерным…

Как только дверь за гостями захлопнулась, я встала с кровати, подошла и задвинула засов. Я слишком устала и мечтала только об одном – лечь и отдохнуть, но боялась, что кто-то из этих уродов со свадьбы притащится сюда с очередной шуткой.

Три свечи на столе давали не так много света, но все же лицо мальчишки мне показалось бледноватым.

Я вздохнула, подошла к столу, взяла подсвечник и встала перед собственным мужем. Все понятно: глаза закрыты, нижняя губа обвисла и с нее тонкой струйкой капала на рубашку слюна.

Сообразив, что ему плохо, я метнулась и достала тазик из-под кровати, и только успела подставить, как мой муж довольно громко сказал:

- Бу-э-э…

Я вздохнула, взяла кувшин и дала мальчишке напиться. Пил он жадно, и через несколько минут повторил свой «подвиг». После этого ему, кажется, стало немного легче.

Вонь в комнате стояла такая, что я, прежде чем постучать в стену и позвать Берту, с трудом “растолкала” засохшее окно в раме и открыла его: пусть хоть немного проветрится.

Скользнувшая в комнату Берта заохала, прихватила таз и вышла, сказав мне:

- Дверь прикройте за мной, госпожа баронесса, я скоренько.

Вернулась она с влажной тряпкой и отмытым тазом, торопливо протерла пол и, с жалостью глядя на мальчишку, спросила:

- Может быть вам, господин барон, раздеться помочь? Легли бы баюшки, вам бы и легче стало.

- Я посижу еще немного.

– вяло ответил мальчик.

Берта повздыхала, но ушла, а я, устав стоять, прилегла на край постели, уже понимая, что долго отдыхать не получится.

Мальчишка неожиданно встал, расхлябанной походкой подошел к кровати и не слишком вежливо подтолкнул-перекатил меня к стенке. Затем, даже не озаботившись снять сапоги, рухнул на освобожденное место. Он вздохнул с таким облегчением, что я вдруг понадеялась на лучший исход – решила, что сейчас он уснет. Однако лежал он недолго.