Или это просто мое воображение?

— Это непростая история, и я сама только недавно узнала, что беременна. От тебя, — уже тише добавляю.

— Я даже послушаю, вот честно. Я не думал, что меня можно удивить. Но с тобой с каждым разом все интереснее.

Он присаживается на диван и смотрит выжидающе на меня. И я стараюсь все рассказать, что помнила. Про свой вечер с одногруппниками и то, как они меня напоили. Я не помню, как мы встретились с Грозным, но помню, как он меня целовал. Рассказала про такси и дом. И как наутро сбежала. Он строго смотрел на меня.

— Число, когда ты отдыхала, — достаточно грубо он спросил.

— Это было пятое сентября.

— То есть ты ко мне устроилась на работу, уже будучи беременной? И была в курсе, что я «отец» ребенка, — он выделил это так, будто не поверил ни единому моему слову. Ну и понятное дело, кто я такая.

— Нет. Я про беременность спустя два месяца узнала. А про тебя — только вчера.

Мне было неудобно перед ним стоять и отвечать, его скептический взгляд все сильнее давил на меня. Но уже поздно, все дела сделаны, и только останется его решение. Либо он будет папой, либо будет папой, но на расстоянии. Боже, только вчера он готов был на отношения. А сейчас я ему рассказываю, что беременна, причем от него.

Представляю, какая каша у него в голове от этого. Мне, чтобы свыкнуться с этой мыслью, понадобится много времени.

— Скажи мне что-нибудь, я просто не знаю, что и думать, — спросила у него, уж слишком затяжное было молчание.

— Твой халеный ухажор настолько дохлый, что отказался тянуть ребенка? — каждое его слово больно ранило, но он никак не мог узнать про Влада, да и вообще мы с ним давно не встречаемся.

— Кто?

— Тот из клуба, борзый. Что Яна? Твоя история меня не впечатлила, совсе. Даже число подгадала. Но это совсем просто, день рождение компании. Тут было легко, вопрос в другом: ""Откуда знаешь про непереносимость?""

Его слова были страшнее пощечины, но я этого ожидала.

— Я не могу понт, о какой непереносимости ты гоовришь, но тот халеный в клубе — мой брат. Он мне не парень. Он младше и на много.

Он прищурился и всматривался долго и вновь это молчание меня угнетало.

— Почему ты молчишь…"

"— Я не знаю, что тебе сказать. Ребенка я не брошу, все расходы возьму на себя. А все остальное потом. У тебя все есть? Ни в чем не нуждаешься?

Вот так, на этом симпатия прошла, и я больше не нужна.

— Можете не переживать, Александр Иванович. У меня все есть и всего достаточно. Я по пустякам вас больше не буду отвлекать.

Я развернулась к двери и медленно пошла, желая внутри, чтобы он меня остановил и сказал: «Останься». Но Грозный молча позволил мне закрыть дверь.

Ну вот, мои надежды разрушились. Но зато одним пунктом в списке стало меньше. С Грозным разобралась. Теперь нужно Ромке помочь.