Спасибо вам огромное за все, что вы делали для нас и сделаете для Ярослава. Вы единственный человек, которому я могла доверить своего ребенка. Спасибо вам».

Перед глазами все плывет. Лицо становится мокрым от слез, и я не могу вдохнуть полной грудью. Сердце сжимает в тиски так, что больно от каждого его удара. С трудом перевожу взгляд на Ярослава. Он все так же закрывает лицо ладонями. А я замираю…

– Яр, – даже имя его произношу с трудом от душащих рыданий, – мне так жаль.

Это самые глупые слова, которые можно сказать в такой ситуации. Опускаюсь перед ним на колени, игнорируя дискомфорт. Хочу увидеть его глаза.

– Яр…

В доме такая тишина, что её можно ножом резать. Слышу, как он тяжело дышит. Мне кажется, что если он сейчас отреагирует, то только для того, чтобы послать меня куда подальше.

– Я, – слышу его хриплый голос и ненадолго расслабляюсь, – даже подумать не мог.

– Я верю, милый.

Он опускает ладони, и я вижу, как в глубине серых глаз плещется боль. Закусываю губу, только бы не разрыдаться в голос. Гаврилов опускается напротив и притягивает меня к себе.

–Уль, спасибо тебе, родная.

Его шепот бьет в самое сердце. Посылает мою выдержку за грань. Вцепляюсь в его рубашку и вдыхаю такой родной запах. Мне важно знать, что он выстоит.

– За что?

Смеюсь сквозь слезы. Нервное, наверное.

–За то, что дала нам шанс. За детей.

– Тебе не нужно за это благодарить. Это же наши дети.

И я нисколько не обманываю. Я действительно уже срослась с мыслью, что мы семья. Что Гаврилов рядом со мной, и что он самый лучший мужчина, которого я могла найти.

– Наши…

Эхом повторяет и зарывается в мои волосы.

– Теперь ты знаешь, почему твоя мама поступила именно так, а не иначе. Постарайся простить её. И отпусти…

Под моей щекой ускоряется его пульс. А я жду ответа. Даже если это будет молчание…неважно.

– Ты права.

Какое-то время мы просто молча сидим и наслаждаемся объятиями друг друга. А потом Ярослав наклоняется и целует живот. Это будто придает ему сил. Он усаживает меня на диван и тянется к папке снова. Сердце екает, но я не в праве его останавливать. Ему давно пора закрыть этот вопрос. В папке всевозможные справки, заметки об учебе, копии документов.

– Это ещё что?

От его тона по спине прокатывается холодок, и я всматриваюсь в небольшой листок. Половина формата А4, уже изрядно потрепанная и пожелтевшая от времени.

«Багиров Марат Астахович». От одного этого имени становится дурно, и я вцепляюсь в локоть Ярослава.

– Что это такое, Яр?

Гаврилов бегло просматривает написанное от руки и вздрагивает.

– Справка Марата. Непонятно только, что она делает у меня в документах.

– Что за справка?

Снова интуиция вопит о том, что что-то не так.