Новость о двуликости ребенка не удастся утаить надолго во дворце, где даже у стен есть уши. Это всколыхнет не только Ардахейм, но и Фарахейм.

— Согласен, — кивнул Аир. — Поэтому предлагаю где-нибудь временно спрятать Свету, пока ребенок не родится.

— Думаешь, рождение ребенка остановит волну недовольств? — задумчиво спросил Анвэйм.

— Нет, — отрицательно ответил делорд, — но оно даст нам время подготовиться. Нам пока ничего не удалось найти о пророчестве, но быть может за грядущие недели удастся что-нибудь изменить.

— Согласен, — подтвердил Анвэйм. — Но это место должно быть рядом с Жемчужным дворцом, чтобы я всегда мог почувствовать, где и что с ребенком, соответственно, и со

Светой. Я знаю одно место в горах, сегодня же прикажу Санхелю обследовать его и подготовить, а завтра переправим туда Свету.

— Я буду всегда рядом с ней, если ты не возражаешь, — произнес Аир. — Дарриа временно примет на себя мои обязанности, пока ребенок не родится и мы не решим, что делать дальше.

Я неожиданно вспомнила того, с кем вел переписку лорд де Шалис. Если бы удалось его найти и расспросить, то, возможно, получится успокоить народ и уверить его, что мой ребенок ничем не опасен.

— Удалось ли разобрать почерк в переписке лорда де Шалиса и таинственного незнакомца? — спросила я, посмотрев поочередно на обоих мужчин.

— Нет. Его не узнали ни на Светлой стороне, ни на Темной, — ответил Анвэйм, переглянувшись с делордом. — Либо он умеет писать как правой, так и левой рукой, расписываясь в официальных документах и личной переписке разными руками, либо это не приближенный к государственному аппарату человек, никак ранее не привлекаемый к правосудию, не обращавшийся ни в какие государственные органы.

Я досадливо вздохнула.

— Света, не выходи сегодня из покоев. Ужин доставят в комнаты, а завтра с утра я переправлю тебя порталом в поместье в горах.

— Спасибо, — тихо ответила я.

Анвэйм поднялся и вышел из комнаты, оставив тоску в моей душе.

Глава 11

Анвэйм Светлый

Света влетела в мой кабинет с пылающим взглядом, сжимая в руке свежую газету, с содержанием которой я уже успел ознакомиться. Я в который раз отметил, что замер, когда она вошла: не внешне, а внутренне. Внутри меня словно все стало трепетать, хотелось встать, сжать девушку в объятьях и никогда не отпускать.

Но против нас было слишком многое, начиная от законов обоих миров и заканчивая её истинностью с Аиром. Я не могу разрушить их союз, ведь в этом случае лишу род Хассаира права на существование, обреку этого кошака на вечное одиночество. Как бы мне не хотелось послать все законы в бездну и забрать Свету себе, я не мог.