– Осторожнее с господином! Нужно быстрее покинуть город и наложить плетения!

Забросили на лошадь, крепко привязали, и повезли. Копыта цокали, скользя по стеклу, сбруя тренькала, тихо звеня, а я – материлась. Материлась так, как никогда в этой жизни.

Кто знал, что у псаковых Кораев настолько поехали плетения, Великий?

***Я шевелила пальцами, пытаясь найти выход – Тир точно сможет определить место, где был разряжен до конца его драгоценный артефакт по остаточным эманациям силы – слишком характерный след от Звезды, но что мне это даст – не спасет и не отсрочит участь.

На ровное плато, окруженное с трех сторон барханами, мы прибыли мгновений двадцать назад и все это время они устанавливали защитный стационарный круг и вели приготовления. Что хочет делать старуха, я не понимала – Корай, единственный из всех, кто может призвать шекков, так и не пришел в себя, девушки – все двенадцать, разулись, и разминались.

А песок был холодным – уже замерзли бок и спина. Меня положили отдельно, как дичь. Прямо на землю, шагах в ста от общей стоянки, просто бросили, не церемонясь, и даже не ослабили пут – ног я уже не чувствовала.

Чтобы те, кто придет со стороны песков, точно не прошли мимо. Ладони пульсировали болью – их располосовали крест накрест, чтобы крови было достаточно, и я осторожно вращала запястьями – веревки должны стать мокрыми и начать скользить.

Ночь в зените прекрасна – звезды сияют над головой на ковре из темного бархата белыми искрами, ветер дарит прохладу… и я бы насладилась этим сполна, если бы не обстоятельства. Кляп во рту мешал говорить и пах шафраном и ещё какими-то специями, глаза не завязали специально – «пусть видит» – так сказала старуха.

И поэтому я делала только то, что было доступно – смотрела, думала и… звала. Звала мысленно изо всех сил, в надежде, что крохи Аксового родового дара перепали и мне…

Великий, сдохнуть вот так… вот здесь…

«Наследница Блау нарушила правила, сошла с тропы и пропала в песках» – эту версию старуха в виде приказа озвучила для всех. «Зыбучие пески коварны, северяне своевольны и недооценивают опасностей пустыни… Мы будем скорбеть вместе с родом Блау. И выплатим всю причитающуюся виру».

Скорбеть она будет, псакова старая сука!"

"Я мысленно прокрутила в голове ещё раз весь вечер… и… вынуждена признать, что ошиблась, не единожды, а трижды, но самый большой просчет, который нельзя было предусмотреть – это вызов змея… именно это лишило меня шанса и времени…

– М-м-м… – я тоскливо простонала с кляпом во рту, пытаясь вытолкать его наружу. Старуха просто не может позволить, если есть хоть малейшая вероятность, что я пойду в храм, обвиню Кораев в проклятии и… Немес откликнется на мои молитвы.