Пусть избалованный принц с мамашей поживут на одну зарплату в двухкомнатной квартирке с видом на Савеловский вокзал, поездят на метро, вот тогда небось в их тупые головы залетят простые мысли: нельзя вести себя так, как тебе заблагорассудится, за все плохое надо расплачиваться.

Для Малика наступил черный период. Из престижного института, обучение в котором стоило немалых денег, ему пришлось уйти. Мать извернулась и пристроила чадо в затрапезное учебное заведение, где в аудиториях сидели одни девочки из простых семей. О ночных клубах парню пришлось забыть, о походах в ресторан тоже.

Как, впрочем, и о поездках в разные страны. У Малика теперь не было ни платиновой кредитки, ни наличных денег. Но работать он по-прежнему не хотел, клянчил рубли у матери, а та, вместо того чтобы велеть сыну самому зарабатывать, безропотно расстегивала кошелек. Да только у нее самой там лежали жалкие, на взгляд барчука, копейки.

Спустя полгода после перехода Малика в другой вуз к матери примчалась разъяренная родительница его однокурсницы и закричала:

– Ваш сынок задурил голову моей доченьке, обещал на ней жениться, а сейчас в кусты! Гостевал у нас в доме, ел, пил, большие деньги в долг взял, не вернул, а теперь с другой гуляет.

Вот скотина! Такой зять нашей семье не нужен, пусть вон катится! Но отдайте нам деньги!

Мать пообещала разобраться.

– Мама, не надо верить всякой брехне, – спокойно ответил на ее вопросы Малик. – Ничего я ни у кого не брал. Не волнуйся, в суд никто не пойдет. Есть у дураков моя расписка? То-то и оно. Соврать можно что угодно. Я не виноват, что на меня девчонки вешаются…

Хамид остановился, покашлял. Подняв на меня глаза, спросил:

– Знаете, чего я не понимаю: почему свояченица всегда верит сыну? Ее постоянно беспокоили разные люди, говорили, что Малик взял у них в долг, а он уверял: все врут.

Потом он взял большой кредит в банке, выплачивать его, естественно, не стал, все возвращала мать. Через некоторое время гаденыш отправился в автосалон и купил там машину в рассрочку. Догадайтесь с трех раз, кому предстояло вносить в кассу деньги? Сестра жены принеслась к нам, попросила помочь, но мы не смогли найти такую сумму. Тогда она обратилась к мужу, пожаловалась на тяжелое финансовое положение, а тот ответил: «Как только мерзавец покинет Москву и ты прекратишь с ним общаться, сможешь вернуться домой и жить по-прежнему».

Хамид снова перевел дух и заговорил. Я молча слушала ювелира.

…Сестра Марианны оказалась в глубокой яме, продать ей, кроме квартиры, было нечего. Слава богу, она не совершила этой глупости, иначе бы стала бомжихой. И вдруг она успокоилась, перестала жаловаться на звонки из банков, повеселела и похвасталась родственникам:

– Малик нашел очень хорошо оплачиваемую работу.