Арт-директор. Его сын... Это в кого у него такие способности? Точно не в него самого. У Глеба с художественной самодеятельностью даже в школе не складывалось. Впрочем, это ли главное? Громов прикинул в уме, сколько Кирилл мог получить за квартиру, какие накопления у него могли остаться с тех бабок, что он перевел на его счет за эти годы. Трудно было прийти к какому-то заключению, не зная оборотов клуба, но что-то подсказывало Глебу, что этих денег было не так чтобы достаточно.

- Сколько ему принадлежит?

- Двадцать процентов.

- Думаешь, бабла хватило?

- Не думаю. Оборот там навскидку хороший. А по документам - вы знаете, как это делается. Кто ж в них истинное положение вещей покажет...

- Разве что идиот.

- Дерьмовое это место, Глеб Николаевич.

- Почему?

- Нехороший слушок о нем идет. Я тут еще на форумах поотираюсь, присмотрюсь. Но есть информация, что там наркотой бомбят.

Глеб закусил щеку изнутри. Где-то что-то такое он и предполагал. Ну, не проламывают череп просто так. Значит, что-то не поделили. Или дорогу кому перешел... Придурок малолетний.

-Ты уж разберись, Матвей. Мне информация еще вчера была нужна. Менты что-нибудь говорят?

- He-а. Камеры, естественно, отключили. Но, может быть, что-то удастся нарыть с уличных. Хотя если те ребята вошли, когда клуб работал, и закрытия дожидались внутри - обнаружить их будет еще сложнее.

- Ройте. Мне нужно понимать, что случилось. Все, что найдете на этого парня - шли сразу мне.

- Понял. Работаем.

Глеб отключился. Нет, он не забыл, что поручил разузнать и о Наталье, просто... Ну, не мог он себя заставить вот так о ней... за спиной. Не хотел лишать себя возможности узнавать её шаг за шагом. Сам. Чтобы никто другой о ней этого не знал. Только он.

- Ага... Ты еще завали тех, которые информацию собирают... - хмыкнул сам себе под нос, - совсем сбрендил, Громов...

Сбрендил. Это понятно. Истина, с которой никто не спорил. Ну, из тех, с кем Глеб время от времени разговаривал в своей голове. Мелькнула, правда, малодушная мысль. А что, если показалось?

Ага... как бы не так."

"Он, когда ее подвез - еще минут пять, не меньше, потом приходил в себя. Так правильно она смотрелась рядом в его машине. Ладонь чуть смести - ее ладошка. И даже руки зудят - так хочется переплести с ней пальцы. Вляпался...

И ладно бы, баба какая шикарная... Может, его сумасшествие стало бы как-то понятней, а тут... Ну, даже смотреть особо-то не на что, если так... объективно. А у него внутри все в тугие пружины закручивается. И короткими всполохами в голове: моя, моя, моя... По спинному мозгу током проходит и сворачивается тянущей болью в паху.

Полагаете, что он об этом не думал?

Как бы ни так. Думал. Еще как. О жене собственного сына, да.

И это вообще ни черта для него не меняло, хотя Громов пока не придумал, как будет разруливать ситуацию.