– Точно так, товарищ медсестра. Подполковник Коренев!

– Ой, Филипп! – удивилась она. – Я тебя не узнала...

Удивление было не очень сильным, скорее умеренным. Будто они не виделись неделю, а не несколько лет. Впрочем, некоторая заторможенность для нее характерна.

– Ты же работала в мединституте...

– Ой, я уже давно здесь. Года полтора. Или два...

Натаха почти не изменилась. Во всяком случае, в видимой части. Белая шапочка прятала волосы, халат скрывал фигуру. Те же раскосые лисьи глаза с синими полукружьями, тонкий прямой нос, большой рот с узковатыми губами. Щеки разрозовелись. Морщинок чуть прибавилось, а может, так неудачно ложится люминесцентный свет...

– А у тебя как дела? Наверное, все хорошо? Я видела, ты ехал в красивой иностранной машине...

Натаха по-прежнему различала только две краски: черную и белую. Если человек сидит в хорошем автомобиле, значит, у него все хорошо.

– Наверное, все хорошо. Если не считать того, что меня хотят посадить...

– Опять? – искренне ужаснулась Натаха. Вопрос прозвучал комично: будто Лис регулярно садился в тюрьму, освобождался и снова садился. Но эта ее нескладность компенсировалась тем, что именно она помогала осужденному Кореневу выбраться из специальной колонии усиленного режима.

– Поехали, Филипп! – Литвинов прошел вперед и нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Ты спешишь? Может быть... выпьем чаю? – Она облизнулась.

– Хочешь?

Вопрос прозвучал двусмысленно. Или, наоборот, – недвусмысленно.

– Филипп, я жду в машине, – командир СОБРа направился к лестнице.

– Подожди.

Майор оглянулся.

– Поезжай без меня. Я потом сам доберусь.

– Как знаешь.

Они остались вдвоем под мертвенным светом больничных светильников. Лис шагнул ближе и положил руки ей на талию. Она осталась такой же тонкой, как и раньше.

– Увидят, – прошептала Натаха.

Он уловил запах спиртного. Так вот откуда румянец на щеках!

– Это у вас был «газ-квас»?

– Что это? – спросил неискушенный и целомудренный Близнец.

– Пьянка. Нам охранник сказал.

Карие, с поволокой, глаза уставились куда-то в потолок.

– Немного выпили. Сестричка с четвертого этажа сдала сессию. Она хорошая девочка...

– У тебя все хорошие. А кто работал «хорошим мальчиком»?

Теперь она рассматривала пол. На новом линолеуме действительно появилось уже немало пятен.

– Дежурный врач. Олег... Николаевич.

– А ты дежурная медсестра!

– Да, – она покаянно кивнула.

– И часто вы вместе дежурите по ночам?

– Ну почему часто... Когда совпадает...

А если не совпадает, можно поменяться. С постоянным напарником дежурить интересней. Впрочем, постоянный напарник может быть в любой смене.

Лис встряхнул головой. Что с ним? Прошло три года, и она ему ничего не должна.