Лис перестал возиться в столе и внимательно посмотрел на задержанного. Но на того этот взгляд особого впечатления не произвел.

– Сейчас опознают тебя, – повторил Лис. – Прокурор даст санкцию, и пойдешь ты в последний раз на кичу. А когда лоб зеленкой мазать станут, тогда и похорохоришься... Только я тебе так скажу: там никто не хорохорится. Плачут, воют, в штаны хезают... Попов непроизвольно кивнул. Он знал об этом не понаслышке.

И почему-то этот кивок произвел на Джафара впечатление: может, какая-то исходящая от очевидца расстрелов волна донесла до него тупиковый животный страх последней минуты смертника.

– За что меня стрелять? – вызверился он. – Кто меня опознавать будет?

– Шакал опознает, – уверенно сказал Лис. – Ушастый опознает. Это друг Ермолая, которого ты завалил в больнице. Север опознает. Ты у него на глазах Силка убил...

Джафар расслабился. Мент гнал фуфло внаглую. Братве западно идти в свидетели – Никогда такого не было и не будет. Ну ладно, Шакала они могли нагнуть, но чтобы Север фискалил... Это лажа полная.

– Узнаешь?

Резким движением Лис отбросил газету. Под ней лежала «беретта».

Джафар купил ее в Москве за три тысячи баксов – втрое дороже, чем стоит «ТТ» или «макар». Зато таких мало, не у каждого есть. Клевая машинка! Мощная, многозарядная, а как в руке сидит... Пальцы непроизвольно сложились, будто обхватывая рукоятку. Жалко, менты забрали...

– Узнаешь?

– Чего? Я вообще такую дуру никогда не видел!"

"– Не видел, говоришь? – издевательски переспросил Лис, – Ну возьми, прицелься... Мы тебя щелкнем и Северу покажем под протокол. Он сказал, что ты именно из нее шмалял в больнице!

– Север сказал? – Джафар отмахнулся.

 – Не вешай лапшу, начальник!

Тусклое воронение «беретты» притягивало его словно магнит.

– Возьми, прицелься. А потом я тебе протокол покажу. Слабо?

Пожав плечами, Джафар взял пистолет. От знакомой тяжести оружия по телу пробежала электрическая дрожь. Были бы пули... Раз, раз, раз! Этих трех – за секунду... И в коридор... Кто попадется – раз, раз! Дежурный у выхода не вспопашится – раз! И на улицу... Кто попадется... нет, там уже никто не полезет... Через забор, в проходняк, пушку в штаны, – сел в одну тачку, в другую.

.. Свобода!!!

От «беретты» исходило ощущение силы и могущества, появилась сумасшедшая мысль: а вдруг они забыли разрядить? Такого не может быть, но вдруг? Бывает, и менты лопухаются, часто бывает!

Он дернул назад затвор, но тот с сухим лязгом стал на задержку. Чуда не произошло.

Джафар громко сглотнул и бросил пистолет обратно на стол.

– Что я вам, клоун? Лучше друг друга фотографируйте!

В сердцах он сплюнул. И насторожился. Что-то было не так. Конвоир даже не врезал ему по шее.