Они воспринимали его всерьез и выполняли все распоряжения, немало заинтригованные происходящим. По его указанию плиты положили на место, может, и не совсем так, как прежде, но вряд ли это бросалось в глаза.

– Слышь, брат, а пушка у тебя есть? – поинтересовался Василий. И, получив утвердительный ответ, продолжил: – Я тут арматурины приготовил, если что – мы его, гада, затопчем!

Пожалуй, впервые Яркин ощутил столь полное единение с народом и испытал чувство гордости за свою профессию и прилив желания этот самый народ защищать и служить ему верой и правдой.

Это чувство обычно достаточно быстро проходит, а некоторые сотрудники его никогда и не испытывают, сразу превращаясь в черствых и приколистых мусоров, от которых простой человек может ожидать одних неприятностей. Оправдать их можно только тем, что ощущения каждого являются реакцией на отношение окружающих, а далеко не всем сотрудникам удается испытать такое одобрение и поддержку, которую испытал молодой лейтенант.

Подходы к плитам хорошо просматривались, оставалось только ждать. Сколько можно ждать и что из этого выйдет, начинающий опер не представлял.

Но новичкам везет в азартные игры, если, конечно, с ними не жульничают. А розыск преступников – самая настоящая азартная, будоражащая кровь игра.

– Гля! – заскорузлый палец рабочего, нашедшего пистолет, обозначил некое направление, но тут же конспиративно продолжил движение и привычно укрылся в носу. – Вот чучело! Может, он и есть?

Действительно, к плитам двигалась довольно странная фигура в темных очках и надвинутой на лоб шляпе. Необходимость как одного, так и другого предмета погодно-климатическими условиями не обуславливалась.

И шел человек довольно странно: скованно, с напряженным корпусом и прижатыми руками.

Василий захохотал, Яркин тоже с ходу готов был отвергнуть такое предположение, но, вспомнив лекции про всевозможные ухищрения и маскировку злоумышленников, остался серьезным.

– Не пяльтесь туда, давайте вниз...

Они спрыгнули в котлован. Вскарабкавшись на опалубку, лейтенант незаметно стал наблюдать за странным незнакомцем. Тот прошел мимо плит, осмотрелся, вернулся и принялся заглядывать во все щели подряд.

«Он!» – Яркина кинуло в жар.

– Я пошел! – выдохнул он и тут же понял, что мог этого и не говорить

– коллег рядом не было, посторонние люди, работяги, у них свои дела и совершенно другие заботы. Выскакивая из котлована, он испытал чувство отрезанности от всего остального мира. Такое бывает у парашютистов. Очертя голову, лейтенант бросился вперед.

Яркин надеялся, что это не взаправдашнее задержание особо опасного преступника, а казус, стечение обстоятельств, ошибка, которая сейчас разъяснится.