Знай наших!

«Призраки» действовали долго, около пяти лет, они были очень осторожны и предусмотрительны, они оставляли на месте происшествия наблюдателя, который хронометрировал время прибытия и действия милиции. Им нравилось, что в народе их зовут «Призраками», нравилось внушать массовый страх... Они вооружились самодельными автоматами, изготовили устрашающие маски, похожие на ку-клуксклановские капюшоны и... визитные карточки с одним словом «Призраки». Но использовать устрашающую атрибутику не успели: лихой сержант расшлепал их на очередном налете.

Лис поднял все материалы по «Призракам»: архивное уголовное дело, розыскное дело, личное дело осужденного Рогалева. Банда состояла из пяти человек. Двенадцать разбойных нападений, восемь убийств, три перестрелки с инкассаторами, одна – с милицией. Рогалев тогда был несовершеннолетним. Вначале на него ложилось участие в четырех нападениях и два лично совершенных убийства. Но потом показания оставшихся в живых соучастников изменились – все, что можно, свалили на убитых Петукаева и Зименца.

Малолетке осталось соучастие и непосредственное нападение на кассира.

Рогалев получил восемь лет. К этому моменту ему исполнилось восемнадцать, поэтому пошел он уже во взрослую колонию, на усиленный режим. Подельники – Щеков и Самохвал – ранее отбывали срока и потому попали на строгий. Но своего пацана не забыли, прислали малевку, поддержали... Покровительство серьезных арестантов плюс авторитет бандитской статьи здорово помогли Рогалеву и оберегали до конца срока.

Всех троих разрабатывали в зонах, потому что в деле остался ряд неясностей.

Пропала часть оружия – два кавалерийских карабина и два «ТТ». Не найден таинственный шестой соучастник – мозговой центр банды, он же хранитель оружия.

Щеков и Самохвал получили по тринадцать лет, да и у Рогалева срок был немалый. В таких случаях охотно рассказывают о боевом прошлом и фантазируют на тему ""а вот если бы я сделал не так... "". Но эти трое вели себя по-другому: в контакт не вступали, о прошлом не вспоминали. Лишь когда Самохвала раздавило автопогрузчиком и Щеков остался один, к нему «подъехал» опытный зоновский агент, и они стали «вместе кушать», то есть общаться, держаться друг друга – дружить, по местным понятиям.

Много времени спустя, изрядно подкормленный салом и напоенный чифиром, Щеков, расслабился и в доверительной дружеской беседе сказал лишь несколько фраз: «Шестой – это порожняк, залепуха... Жорик ментам бороду пришил. Он и Славке все придумывал... Масла много, нас с Жекой от „зеленки“ отмазал. Босяки добро помнят.