В финале рассказа Карбанов даже пожалел о том, что вынудил товарища откровенничать.

«Лучше бы я выдал им пяток анекдотов», — по-думал он, поудобнее укладываясь на жесткой лавке.

Часы, как и все остальное, у них отобрали при обыске, но, судя по дикой усталости, время было позднее. Часа два ночи.

Несмотря на неудобство, Николай заснул. Затихли и его подчиненные.

Вечером в двухэтажном доме было ужасно шумно. Кто-то постоянно мотался по лестнице, слышались громкие голоса и смех. С другой части этажа доносился звон металлической посуды. Глубокой ночью стало удивительно тихо. Народ спал.

Но внезапно пленники проснулись от гулких ударов, источник которых находился прямо над их головами.

— Что это? — глядя вверх, спросил Михаил.

— Кажется, кто-то навернулся с лестницы, — предположил Тараев.

— Тихо! — Командир вскинул ладонь. — Слышите?.."

"Из коридора доносился какой-то звон и приглушенные голоса. Разобрать, кто и о чем говорил, было невозможно.

— Фигня! — отмахнулся Гусенко. — Туземцы напились и выясняют отношения.

— Может, и так, — сказал майор. — Но послушать надо. — Он подошел к двери, присел на корточки и приложил ухо к деревянному полотну.

Товарищи сидели, не шевелясь, в ожидании того, что командир прояснит ситуацию.

Около десяти минут в двухэтажном доме происходили какие-то непонятные вещи. Пленники слышали то сдавленный стон, то стук, то все тот же металлический звон. Все это было странным, так как совсем недавно от абсолютной тишины можно было сойти с ума. Вертолетчики не понимали, что творится за пределами этой каморки.

Карбанов, сидящий у двери, улавливал все новые и новые звуки и рассказывал о них товарищам:

— Кто-то прошел по левому коридору. Скрипнула дверь, за ней другая. Один человек поднимается по лестнице. Теперь второй.

Ситуация прояснилась, когда наверху прогремели автоматные очереди.

Николай отпрянул от двери. Все пленники дружно поглядели в серый потолок.

— Ты все еще считаешь, что это по пьяному делу? — справился Равиль у Гусенко.

— Всяко может быть. Лишь бы они до утра про нас не вспомнили.

— А не за нами ли это пожаловали? — предположил Карбанов.

— Не думаю. — Миша отрицательно качнул головой.

— Почему?

— Затруднительно так оперативно установить место нашего пребывания.

Да, сомнения Гусенко имели под собой почву. Все же узникам хотелось верить в то, что о них не забыли, пытаются спасти.

После громкой стрельбы в доме стало пошумнее. Кто-то быстро перемещался по коридорам, громко хлопали двери, слышались мужские голоса. Правда, разобрать слов из-за толстой двери опять не получалось.

Спустя пару минут в дверном замке вдруг зашевелился ключ.

Авиаторы переглянулись и стали напряженно ждать, кто же появится в их клетушке.

Дверь резко распахнулась.