В первый день все изучали карты и аэрофотоснимки участка фронта, а техники собирали наших «боевых коней». В Городце осталось три эскадрильи, одна из них была бомбардировочной. Остальные разъехались по другим площадкам. Утром, после сдачи зачета, вылетели на облет района, чем очень обеспокоили командование третьей армии. До этого самолеты строем они никогда не видели. Линию фронта мы не пересекали, кружились над нашими позициями, тем не менее мне и подполковнику Модраху досталось по одному «австрийцу». Сергей Карлович сбил «голубя» Таубе, мне же попался «Фоккер М5», голландская довольно верткая машина, созданная специально для Австро-Венгрии.

В принципе, он не сильно отличался от «немецких» «фоккеров» и «Морана», сделан был «по мотивам» последнего. Мою атаку снизу его пилот попросту пропустил. Его «оберурсель», копия «гнома», обломил единственную точку опоры, так же как на самолете Нестерова, и самолет потерял центровку. Парашютом пилота император не снабдил. Увы, после отрыва двигателя эта машина совершенно не управляется. Как только мы сели, а штаб армии находился именно в Городце, тут же прибыли на автомобилях генерал-майор Радко-Дмитриев и полковник Генштаба Бонч-Бруевич, генерал-квартирмейстер 3-й армии, в распоряжение которого был передан 11-й авиаотряд. «Таранить ворога» штабс-капитан Нестеров вылетел после разноса, учиненного полковником, что они бездельничают и прервать работу вражеской разведки не могут. На невооруженной машине это довольно сложно сделать. Петр Николаевич, который руководил полетами и аэродромной командой, попался на глаза Михаилу Дмитриевичу. Благо, что я уже подрулил к СКП и остановил АДУГ-5 на своем СКМ-2М.

– А вы что здесь делаете, господин экс-штабс-капитан? Вас же ждут во Львове в фискальной полиции! Им приказано препроводить вас, как несостоятельного должника, к месту вашего постоянного проживания, с целью его изъятия в счет оплаты. А то парашюты нацепили и ну гробить государственное имущество!

– Господин полковник, как вы выразились, экс-штабс-капитан Нестеров – выздоравливающий по ранению и травмам летчик моего корпуса. Я здесь представляю командование 1-го воздушного корпуса Императорского флота, инженер-контр-адмирал авиации Гирс.

Слышали о таком?

– Так точно, господин адмирал! Но штабс-капитан Нестеров осужден военным трибуналом третьей армии за умышленную порчу ценного имущества армии.

– Телеграммы из Москвы были? – спросил я Нестерова.

– Так точно, были, на ваше имя, прошу! – он протянул четыре запечатанных конверта и одну открытую телеграмму. Я глянул в нее, она была от господина Меллера-Брежнева, владельца завода «Дукс», который еще недавно выпускал самолеты типа «Моран», до того, как начал выпускать летающие лодки и СКМ-2М.