Через недельку-другую сойдет, -  утешаю его, сочувствующе улыбаясь, при этом внутренне просто ухохатываюсь на его возмущенную физиономию.

- Я знаю, что временная! Будь она настоящая, я бы тебя сейчас уже в окно выкидывал! Вот ответь мне на один вопрос. На-хре-на?

- Месть, - выдаю гордо, одарив его снисходительным взглядом победителя.

-  Месть? - уточняет он, - то есть ты мне мстишь?

- Ты же меня перекрасил!

- Да, я тебя перекрасил, потому что тебе так лучше! Спроси у кого угодно!

- А тебе лучше с енотом! - не сдаюсь, хотя на миг где-то кольнуло внутри. Ведь, действительно лучше. Самой даже понравилось, но не признаюсь в этом

Ясно слышу, как зарычал. Все, сейчас сорвется.

- Алиса, - голос глухой, еле сдерживается, - ты случайно не в курсе, сколько за убийство дают?

- Пятнашку, - отвечаю с готовностью, широко улыбаясь, ловя просто нереальный кайф оттого, что довожу его.

- Если я в состоянии аффекта буду?

- Лет пять, - пожимаю плечами, направляясь к окну, чтобы посмотреть на кружащий снег, за покрытым морозными узорами стеклом

Тишина. Молчит, медитирует.

- А за изнасилование? - раздается над самым ухом.

От неожиданности дергаюсь, пытаясь обернуться, но Вий быстрее. Обхватывает обеими руками поперек талии, так что не вздохнуть, и прижимает к себе.

- Вить! - голос предательски дрогнул, - ты чего творишь???

Пытаюсь выбраться, сбросить с себя его руки, но результата ноль. Он же сильный как черт, мне ли этого не знать.

Не то чтобы я испугалась, но что-то внутри дрогнуло, будто стоишь на краю обрыва и смотришь вниз. Эта дрожь расползается по венам, проникая в каждую клеточку.

- Вий! Если сейчас не отпустишь - буду кричать! - брыкаюсь, безуспешно пытаясь вырваться.

- Очень на это надеюсь, - хриплый ответ над самым ухом. Чувствую его дыхание на своей щеке, вдоль позвоночника бегут мурашки.

Когда касается губами шеи, вздрагиваю, делаю очередную попытку отстраниться, но он лишь крепче прижимает.

- Вить, - начинаю вибрировать, чувствуя, как целует в плечо. Прикусывает кожу, тут же проходись по этому месту языком. По телу расползается жар, огонь, разгоняющий сердце до неимоверной скорости, отдаваясь покалыванием в кончиках пальцев.

- Мне надоели игры, - удерживает одной рукой, вторая поднимается к груди и сильно сжимает, до истомы бегущей по телу вниз живота.

Задыхаюсь, все еще пытаясь высвободиться. Но с каждой секундой сопротивление все слабее.

- Степанов!

- Хватит, Алис. Я по уши наигрался. Не хочу больше.

Рывком разворачивает к себе. Заглядывает в глаза.

От этого взгляда сосет под ложечкой, пульс разгоняется до сумасшедшего ритма.

- Я тоже, - сиплю, с трудом втягивая воздух.

Давно надоели, только сказать об этом не могла. Была занята противостоянием с ним. Чувствую, как начинают дрожать ноги.