— Причем тут она? Если хреново сыграешь, тебя и вначале прослушивания не взяли бы. И, между прочим, перед нами старшие курсы смотрели, может, там уже набрали того, кто им нужен. А нас так, для развлечения показывают.

— Так, сейчас осталось еще две пары. Парни, заходите. А вы, тройка, будете последними. Готовьтесь лучше, вас ждут, — с нажимом сказал препод, а Суворова уже почти падала в обморок.

Последние ребята вышли, и мы зашли без приглашения. Поднимаясь на сцену, я старалась разглядеть того, кто пришел нас прослушивать. Это был высокий мужчина, потому что он в кресле, кажется, не помещался, темноволосый и кареглазый. Рядом с ним женщина, чем-то схожа с моей матерью, только возрастом постарше.

— Здравствуйте, наши последние участники. Ваша тема— ревность.

Леон присел на первый ряд возле сцены. Мы с Суворовой поднялись на сцену. Я подошла к роялю и открыла крышку, нажав пару клавиш, Юля подошла ко мне.

— Он — мой! — Ее голос был тихий, но в зале стояла полнейшая тишина, и ее должны были услышать.

— Он меня любит! — Мне и самой было интересно, что скажет Юля, как вывернет ситуацию.

— Ты не дашь ему то, что смогу предложить я! Уйди с моей дороги! — ее голос уже звучал более угрожающе, она облокотилась рукой о рояль и пристально прожигала меня взглядом.

— Я дам ему все! Почему ты вновь на моем пути? Почему? Я тебе говорила, что он мне нравится! — Я почти прокричала ей эти слова — такая должна быть драма, так должны показывать свои эмоции люди.

— Ты? Да ты холодная, тебе все чувства чужды. Ты смотришь на людей сквозь призму выгоды. Кто и что бы смог для тебя сделать. А Леон другой, он хороший. Только слишком верит тебе, а ты его тянешь вниз. Я не дам ему себя погубить, — она говорила как будто взаправду.

— Ты не права. Знай, что я чувствую, ты бы так никогда не сказала. Вот поэтому я тебе и говорю… Уйди….

— Что здесь происходит? — спросил Леон, поднимаясь по ступенькам.

— Ничего, милый, просто Аврора опять капризничать задумала.

— У тебя что-то случилось, — не обращая внимания на Юлю, он подошел ко мне и приобнял.

— Да, никак не могу решить вопрос с сестрой.

— Какой? Может, я помогу? — он разыграл удивление.

— Ну да, ты-то нам и поможешь! — вклинилась Юля. — Кого ты выбираешь? Меня или Аврору? Но ее сердце уже занято… — тише и зловеще, переходя на реальность, прошипела Суворова.

— Прости, Юля, но я выбираю Аврору, — и тут же его губы накрыли мои.

Глава 17

Я оттолкнула Леона, только же разговаривали с ним о дистанции, и он понял меня, но почему-то действовал иначе. Не могу сказать, что это была сценка. Как раз в нашем случае, мы не играли, а жили. Есть ли чувства к Леону у Юли — сложно сказать. Она ветрена и часто меняет партнеров, как моя мать. Юля выбирает выгоду и стремится побыстрее покорить вершину.