— Эх, беззаботные денёчки!

Фидеус и Сэвиенд, появившиеся чуть позже, не сразу поняли, почему Браскинус называет денщика превосходительством. Юноша всё больше хмурился, злясь на свою дурацкую рану и на языкастого Браска… Но вскоре и сам начал улыбаться, настолько добродушно огрызался в ответ генерал, настолько беззлобно смеялись его друзья.

Вот только одно соображение портило настроение. Молодому человеку хотелось проявить себя героем, чтобы главнокомандующий отметил смелость и ловкость своего денщика, похвалил. А что в итоге? В итоге он не в состоянии в ближайшие дни даже собственные обязанности как следует выполнять.

Мелькнула мысль, что генерал может и заменить его на кого-то здорового, но никаких распоряжений Арвендус отдавать не спешил, а потому тревога понемногу отступила.

Браскинус заикнулся насчет продолжения пирушки, но всем хотелось поскорее смыть с себя пыль, пот и кровь, а после поспать хоть немного. Ведь кто знает, враг мог специально отвлечь их малым отрядом, а сам, возможно, готовит большое наступление. Расслабляться опасно.

Венд, внимательно выслушавший доклады от военачальников и главного целителя, тоже окунулся в подогретую воду.

Долго лежать в ванне не стал, не понимая этой странной гражданской привычки попусту тратить время, и скоро уже лег в постель, заснув, как обычно, едва коснувшись головой подушки.

Вот только на этот раз вместо приятного забытья генерала тревожили какие-то смутные образы. Грозил указательным пальцем Его Величество Эрленд, на лице давнего друга сменяли друг друга улыбка и нахмуренность, словно волны, набегавшие друг за другом и не позволявшие понять истинных эмоций.

Потом король всё тем же пальцем указал куда-то за спину Арвендусу. Пришлось обернуться, попутно отмечая взглядом собравшихся кружком друзей, громко смеющихся над очередными остротами Браска."

"Чуть в стороне от всех стояла невысокая и хрупкая девушка, решившая всё же подойти. И чем сильнее она приближалась, тем тревожнее было Венду. Юная дама расточала улыбки всем мужчинам, а королю и вовсе умудрилась подмигнуть, будто разбитная подавальщица из трактира. А самым неприятным стало осознание, что именно эту особу ему и подсунули в будущие жёны.

Генерал скривился, будто съел что-то невозможно кислое, но девица лишь рассмеялась в ответ, хотя глаза её стали вдруг холодными и злыми. Она подошла вплотную и поднялась на цыпочки, чтобы прошептать на ухо:

— Осссталосссь пятьдесят восссемь дней…

Этот шипящий тихий голос заставил мужчину отшатнуться. Не склонный к трусости Арвендус впервые ощутил холодок, бегущий от затылка вниз по позвоночнику… И тут же выпал из сна в явь, стоило лишь чуть скрипнуть двери.