Беру их в руки, чтобы положить в коробку.

Дверь снова открывается.

— Здравствуй, жена. Поговорим?

— Не хочу я с тобой говорить, Родион.

— А чего хочешь? Замуж за моего старшего братца?

— Да. Хочу.

Вздергиваю подбородок.

— Он настоящий мужчина.

— Боги… — закатывает экспрессивно глаза. — Какая же ты тупая овца!

Лицо мо""e вспыхивает от оскорбления.

Подхватывая коробку, выпрямляю спину и иду к двери.

— О, нет… нет… — кладет ладонь на дверь. — Это не оскорбление, дорогая, это констатация факта. И ты меня выслушаешь.

— Мне неинтересно! — демонстративно смотрю мимо него.

— Тебе неинтересна судьба нашего ребенка?

— Причем здесь ребёнок?

— При том, что ты его не получишь. Опека отдаст ребенка нам, как только он родится.

— На основании чего, интересно? — оскаливаюсь я.

— Ну вот видишь, уже интересно! Для начала, на основании того, что ты, будучи беременной, намеренно заразила моего ребёнка СПИДом! Из банальной похоти. Вау! Пушка, правда?!

— Что за бред? — делаю шаг назад. — Ты пьяный, что ли?

— Абсолютно трезв. Больше не пью, не курю, не пользую увеселительной химии. Готовлюсь стать безупречным отцом.

Падает на кресло, где сидел Демид.

— Иск с отцом мы уже оформляем.

— Ну, удачи! Демид не позволит меня оклеветать.

— Демид? Демид… — разглядывает файлы. — Это тот самый Демид, с которым ты спала, нося моего ребенка, зная, что этот мужик зараж""eн ВИЧ?

Поправляю растерянно волосы. Точно не в себе!

Он протягивает мне файл. Это документы Демида, и я рассерженно выхватываю из его рук.

— Читать умеешь, Карельская дурочка? Или только ноги раздвигать перед братьями.

— Пошел к черту!

— Читай, сказал.

Встряхнув файл, опускаю глаза на лист. Сначала ничего не понимаю, а потом волосы мои становятся дыбом. Живот сводит судорогой. В глазах темнеет. Вич-положительный…

Не верят смотрю в строку ФИО еще раз. Черкасов Д. А.

— Он не сделал бы так, — шепчу я. — Он бы сказал мне, если бы…

Родион подлетает с кресла, впечатывая за шею меня в стену.

— Ты спала с ним, тварь?! Мой ребенок заражен?"

"Коробка из моих рук летит на пол. Эта грубость Родиона не шокирует меня и в половину того, как мысль о том, что Демид мог скрыть такое от меня. Зная, что я беременна, настаивать на близости. И я просто растерянно и шокированно смотрю в лицо Родиона, не видя ничего. И даже не сопротивляюсь его отвратительным рукам.

Вспоминаю, как Демид, словно пытался спрятать от меня эти документы. Как поспешно закрыл ящик… Не позволил мне помочь ему собрать их. С каким лицом просматривал их.

— Ты спала с ним?!

— Нет…

Отпускает.

— Если вдруг, тебе покажется, что это подстава, я на всякий случай, принёс тебе доказательства из лаборатории.

— Тебе бы не дали результаты чужих анализов. Это конфиденциально.

— Я тебя умоляю! Деньги творят чудеса.