Дарк лег на кровать, а берг развалился на полу, заняв все свободное пространство.

Утром Дарк проснулся поздно. Неясно, что тому было виной – или вчерашние события, или просто накопившаяся усталость, а может, все вместе. Берг уже сидел и смешно так смотрел в окно.

– И что ты там увидел? – спросил его Дарк.

«Двуногие ходят», – ответил берг, не отрываясь от созерцания происходящего за окном.

– Мне надо сходить по делам, ты как – тут побудешь или со мной пойдешь?

«Давай, ты иди, и я себе пойду, нужен буду – позовешь, повеселимся. Не бойся, я не буду есть двуногих, они так гадко воняют, убивать тоже не буду, если не будут тыкать в меня или тебя острыми железками».

– Ну, тогда пошли, – и Дарк открыл дверь комнаты.

Берг выскочил и, мягко ступая, потрусил чуть впереди. В обеденном зале уже был наведен относительный порядок, женщины мыли столы и пол. Дарк прихватил берга за намотанный на его шее пояс, чтобы не пугать женщин.

– Дамы, разрешите, мы пройдем, – проговорил Дарк, улыбаясь.

Женщины обернулись и, смертельно побледнев, шарахнулись к стене.

– Не бойтесь, он никого из вас не тронет, я его просто проведу мимо вас и выпущу, – и Дарк проследовал к входной двери.

Там он отпустил ошейник и снял его с берга.

– Беги, спасибо, что выручил вчера.

Берг лизнул его в нос шершавым языком и потрусил к городским воротам. А Дарк пошел на рынок купить себе новую одежду, коня, ну может, что еще приглянется.

Глава восемнадцатая

– Ваша светлость, вернулся Жакомо, прикажете позвать?"

"– Где он был столько времени, быстро давай его сюда, – сидящий в кресле больше напоминал скелет, обтянутый кожей, чем человека: трясущиеся старческие руки и шамкающий рот. Он производил очень отталкивающее впечатление, но это был еще герцог, владетель, и еще многое могло произойти лишь по одному его слову или жесту.

– Рад приветствовать вас, ваша светлость, – низко кланяясь, проговорил Жакомо, появившийся на пороге комнаты.

В комнате горел камин, а герцог кутался в мягкий теплый плед, он последнее время постоянно мерз.

– Ты ее привез? – просипел герцог. Когда-то это, может быть, и был рык, но сейчас – жалкий сип жалкого человечишки.

– Нет, ваша светлость, вокруг нее десятки охранников, она никогда не бывает одна. Я делал все, что мог, но все бесполезно.

– Как, как ты смел не выполнить моего поручения?! Надо, чтобы ты немедленно привез сюда Лиону или Франческу, в крайнем случае, королеву!

«Он что, совсем уже разума лишился?» – думал Жакомо, склонившись в низком поклоне.

Тем временем герцог бушевал и бушевал, и, в конце концов, закашлялся и стал задыхаться. Не имея возможности сказать слово, он показал Жакомо на графин с водой.