— Но она и другие этого не поймут, поэтому я пойду по пути шалавы, которая влезла в чужую семью. Ты этого достоин, пупсик, — посылает мне воздушный поцелуй. — Достоин грандиозного скандала. А, может, все решат всё замять? Как думаешь? Тебе не любопытно? Господи, я хочу посмотреть на рожу твоего отца, когда я и ему лапшу на уши навешаю.

— У меня нет слов, — смотрю перед собой.

— О! — опять смеется. — Я еще потрясу тестом на беременность.

— Может, тебя с крыши скинуть?

— Это тоже вариант, — Вера с готовностью соглашается. — Сесть в тюрьму. Мне нравится, — откидывается назад. — Кстати, я тут на днях с художником со своим встретилась.

— И?

И опять я не ухожу. Вновь вытаскиваю сигарету, щелкаю зажигалкой и затягиваюсь горьким дымом. Мне нужны не потрахушки. Мне нужны разговоры, близость человека, который сам оказался слабым и растерянным на жизненном пути. И вместе с этим я тоже нужен Вере. Нужен и мое присутствие тоже сейчас важно для нее.

— Ну, ты прав. Я конченная дура, Гор. И я не буду против, если ты скинешь меня сейчас с крыши.

?

Глава 38. Поговори сейчас

— Ляль, — Гордей заходит в комнату.

— Что? — наношу кисточкой розовые румяны на скулы.

Почему-то чувствую глухое раздражение, когда он закрывает дверь. Я откладываю кисть, с щелчком закрываю румяна и встаю.

— Надо поговорить. Серьезно поговорить.

— Говори, — окидываю свое отражение придирчивым взглядом и поправляю ворот блузки.

После шагаю к двери, открываю ее и повторяю:

— Говори, я тебя слушаю.

Он хватает меня за руку, разворачивает к себе и рычит:

— Ты можешь хотя бы посмотреть на меня?

— Да что тебе опять не так? — вырываю руку из его захвата. — Что ты хотел?

— Поговорить! Куда ты побежала? — он всматривается в мои глаза.

— Ну, слушай, мой дорогой, у меня дел сейчас вагон, — фыркаю я.

— Каких?! — повышает голос.

— Да и что ты мне скажешь? Опять начнешь требовать того, чтобы я по каждому чиху звонила тебе, чтобы в рот тебе заглядывала, чтобы заперла дом и не пускала твоего отца, потому что тебе видите ли не нравится, что он помогает мне по дому.

— В чем тебе помочь по дому, а? — он медленно выдыхает. — Я, блять, нанял тебе домработницу, которая уж точно может за продуктами съездить!

— Мне не нужны чужие люди в доме!

— Так я тебе тоже, похоже, чужой! — рявкает на меня.

— Ясно! — отмахиваюсь от него и выхожу из комнаты. — Тебе бы опять лишь бы поорать. И как обычно у тебя повода нет, вот ты его и выискиваешь!

— Остановись, — он идет за мной и клокочет. — Ляля! Подождут твои очень важные дела!

— Нет, не подождут, — оглядываюсь. — Может, тебе подождать?

Не хочу с ним сейчас никаких разговоров. Испортит утро очередными претензиями, в которых нет конкретики и много злости.

— Мне подождать? — усмехается он и недобро щурится.

— Да, тебе подождать, — пожимаю плечами.