Дамиан вряд ли поверил в спектакль, а вот Марина ощущала себя слегка неловко. Мало ли, вдруг Бонифаций действительно ранее испытывал к графу какие-то чувства.

– Ну-у-у, – протянула она. – Вы должны радоваться, что узнали о его гнилой натуре раньше, чем позволили себе увлечься этим человеком еще глубже, – договорив, Марина кашлянула, чувствуя, как горят от смущения щеки. Раньше ей не доводилось подбадривать мужчину из-за того, что другой мужчина разбил его надежды.

Дамиан, услышав эти слова, недоверчиво на нее посмотрел, а потом рассмеялся. Марина насупилась, а после не выдержала и, наклонившись, все-таки стукнула этого невыносимого человека по плечу.

– Ах! – воскликнул Бонифаций. Слетев с места, он подскочил к Марине и упал на одно колено. Сначала он хотел схватить ее за руку, но вспомнил о предупреждении принца, поэтому просто сложил руки на своей груди. – Я так счастлив, когда такая прекрасная леди беспокоится о моем бедном разбитом сердечке! Я готов кричать всему миру о том, какого великолепного и душевного человека я встретил в этом безрадостном краю…

– Хватит, – попросила Марина, вздыхая. Эти мужчины ее утомили! Один излишне весел, другой продолжает свой спектакль, давно привыкнув к носимой маске.

А ведь минуту назад каким серьезным он выглядел, ни грамма фальши! – Давайте просто продолжим.

Глава 64

Бонифаций вернулся на свое место, но продолжал время от времени смотреть на Марину влюбленными глазами, вздыхая так, словно у него внезапно отобрали весну.

– Итак, вмешался граф, – напомнила Марина.

– Да, – подхватил Дамиан, посылая в сторону приятеля убийственный взгляд. Бонифаций не умел читать мысли, но пробежавший по спине холодок все ему сказал.

Поняв и осознав, он убрал излишне восторженное выражение с лица и состроил серьезную мину. – Ему требовалась шахта, поэтому он и попросил Грумера передать гильдии все ваше имущество за исключением интересующей его собственности. Он намеревался после получить от вас документ о продаже. Думаю, граф пытался подстраховаться. Он хотел получить шахту законным путем, отсюда и документ о продаже, а не обычная расписка. Но Грумер решил, что вы будете лучше смотреться в борделе, – недовольно добавил Дамиан, хмуро глядя на Марину, словно бордель был ее собственной идеей.

– Так как печать я у него отобрала вначале, он отыскал где-то старую, решив, что этого вполне хватит, чтобы напугать впечатлительную девушку, каковой он меня, вероятно, и считал, – Марина дьявольски улыбнулась, отчего у Дамиана на миг остановилось сердце – настолько восхитительной в этот момент выглядела Марианна.

Поерзав на месте, он закинул ногу на ногу, скрывая свой растущий интерес. Бонифаций покосился на него и понимающе хмыкнул, за что получил угрожающий взгляд.