Может, потому, что у меня мало опыта, точнее, почти никакого, — призналась Анна, снизу вверх робко посмотрев на Ростовского. — Дело в том, что у меня был парень… год назад. Потом мы с ним расстались. — Илья приготовился слушать. Ну вот еще одна человеческая драма. Интересно, почему все женщины, с которыми сводит его судьба, решают сделать из него контейнер для своих интимных переживаний? Боже, как это однообразно и наводит такую смертельную тоску, что начинает сводить скулы.

— Ты помрачнел, — печально заметила Анна. — Или ты меня ревнуешь? Тогда я не буду о нем рассказывать, — искренне произнесла девушка.

Ростовский едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Вот было бы некстати. Барышня, понимаешь ли, к нему с чувством, а он словно племенной жеребец веселье устроил. Улыбнулся, получилось очень трогательно, почти сочувствующе.

— Нет, что ты, продолжай.

— Как-то не заладилось. — И мелкие жемчужные зубки впились в нижнюю губу. Ростовский ожидал, что сейчас проступят капельки крови. Молодец, удержалась, даже глаза остались сухими. — Так вот, он скорее всего и был моим первым мужчиной.

— Что означает «скорее всего»? — не сумел удержаться от вопроса Ростовский. — Аня, не хотелось бы тебя учить в таких вопросах, но здесь не может быть «скорее всего», он или был твоим первым мужчиной, или не был!

— Ну, как тебе сказать, — смущенно произнесла Аня, перешагнув наконец через скомканное платье.

Илья улыбнулся широко, доброжелательно. Ну, право, это уже смешно. Какой-то детский сад.

— Как есть.

— Ну, мы с ним были вместе. Понимаешь?

— Понимаю, — продолжал широко улыбаться Ростовский, — в этом нет ничего предосудительного.

— Дело в том, что не произошло, — в досаде воскликнула Аня. — Он хотел, чтобы произошло, и я в тот момент, наверное, тоже этого желала, но ничего не случилось. Может быть, я как-то зажалась, закомплексовала, что ли, не знаю! Но он сказал, что у него ничего не получилось и я по-прежнему девушка.

— Ах вот оно как, — протянул Ростовский, — случай действительно очень серьезный. Необходимо немедленное вмешательство. Я согласен выполнить эту тонкую хирургическую операцию, если ты, конечно, не возражаешь.

Анна досадливо отмахнулась:

— Ты шутишь!

— Нисколько. Такими вещами вообще шутить не полагается, — ответил Ростовский. — Только я одного не могу понять, почему же у него не получилось. Он что — импотент?

Девушка пожала плечами.

— Наверное, он очень волновался, как и я, — негромко произнесла Аня. — А может быть, и у него было маловато опыта.

Пальцы Ростовского скользнули к лифчику. Отыскали застежку. Хм, какой-то хитрый крючок.