И генералы послушно с ним согласились. Лыкошин направился к дверям первым, кивнув сыщику. Кошко протянул руку, посмотрел сочувственно, но ничего не сказал.

Алексей Николаевич позвал помощника. Сыщики сели напротив Обергауза, и статский советник приказал:

– Излагайте.

Тот сообщил, что налет готовится уже давно, причем с его ведома. Бандиты должны подломать контору Березовского товарищества и забрать из кабинета находящиеся там самородки общим числом более двухсот. В полиции и в правлении, которое находится в Петербурге, все будет представлено как преступное деяние неизвестных злодеев.

– В какую сумму оценивается запас кабинета?

– Примерно полмиллиона рублей по цене скупки в казну. Некоторые самородки представляют особую ценность как редкие и даже исключительные по форме и весу. Те, что тянут свыше десяти золотников. Они стоят много выше обычного шлихтового золота.

– Как планируется совершить налет? – продолжил допрос Лыков.

– Я должен завтра вечером уехать в Екатеринбург и там заночевать, – стал рассказывать Обергауз. – Для алиби, чтобы никто на меня даже не подумал. Кассир-артельщик Музыкин вручит ключи от черного хода в контору этим… этим людям.

Они зайдут тихо, все соберут…

– Разве в конторе на ночь не оставляют сторожа?

Обергауз смутился:

– Оставляют… Там ночует запасной ефрейтор, мы наняли его для караула.

– И что, он даст бандитам беспрепятственно забрать самородки?

Горный инженер начал подыскивать слова:

– Это задача Графа Платова, как обезвредить сторожа… Ну, свяжут, заткнут рот тряпкой…

Лыков рассвирепел:

– Свяжут? Рот заткнут? А вы не допускаете, что вашего ефрейтора просто зарежут? Зачем бандитам живой свидетель?

– Я… я не специалист в таких делах.

Мне обещали, что с человеком будет все в порядке.

– И вы поверили на слово Графу Платову?

– Почему нет? – ответил управляющий с невинным видом.

– Ну вы и сволочь!

– Я протестую! Держитесь корректно, я вам не горнорабочий какой!

Лыкову очень хотелось ответить, но он не мог себе позволить сорваться. Налет уже завтра ночью, без сотрудничества с этим негодяем его не предотвратить. А можно взять самого Графа Платова на месте преступления.

Началась торопливая подготовка к засаде.

В первую очередь следовало сохранить в тайне случившееся в конторе. Обыск, конфискация золота, перевербовка управляющего новыми хозяевами – все засекретили. Чтобы свести риск утечки к минимуму, отослали в Екатеринбург Татаурова и его людей. Причем Дмитрий Гаврилович с тремя городовыми, участвовавшими в обыске, должны были сесть в двухдневный карантин, без сношений с внешним миром. В распоряжении сыщиков остались только филеры ГЖУ – трое унтер-офицеров под командой Белопашенцева.