Я тебя буду заранее предупреждать, где машину ставить, чтобы мне под камеры не попасть. Тем же путем и возвращаться будем. В общем, если ты еще не понял, я отдаю в твои руки будущее своей семьи.

– Я тебя не подведу, – твердо произнес Садовников».

Запись закончилась. Гуров и Лика растерянно переглянулись – ну, и что здесь секретного? – как вдруг снова раздался голос Болотина:

«– Ильич! У тебя совесть есть? Ты где целый день гонялся? Утром предупредил, что задерживаешься, а сейчас уже вечер!

– Поздравь меня, Петрович! Первый раз в жизни со мной такое! – весело ответил Садовников.

– Влюбился, что ли, на старости лет?

– Бери выше! Меня завербовали! – расхохотался Ильич.

– Это шутка такая? Ну и когда смеяться?

– Я серьезно. Представляешь, приехал я вчера домой, машину на стоянку поставил, иду к подъезду, и вдруг мне навстречу со скамейки поднимается невысокий худощавый мужчина. Костюм на нем светлый, шляпа, очки, одеколон такой приятный, не из дешевых… Ну, прямо интеллигент дореволюционный! И вежливо так ко мне по имени-отчеству, мол, нельзя ли со мной поговорить. Сказал, что знает, где я работаю и кем, и очень просил меня поделиться с ним подробностями моей трудовой деятельности. Ну, что я ему ответил, повторять не буду, ты эти слова и сам знаешь. А он на это совершенно спокойно отреагировал – объяснил, что любопытство его совсем не праздное, и показал мне удостоверение сотрудника администрации президента. А я такие никогда в жизни не видел! Взял я его в руки, прочитал, что податель сего… короче, что это Попов Алексей Юрьевич.

– Да когда же он меня в покое оставит?! – заорал Болотин. – Он что, смерти моей хочет? Сначала меня мордовали все, кому не лень! Потом проверку эту организовал! Теперь еще и это!

– Не бушуй! – рявкнул на него Садовников. – Лучше дальше слушай. Ну, я ему с улыбочкой, что в переходе метро и удостоверение агента ФБР купить можно. А он мне на это протягивает удостоверение ФСБ. Ну, этих-то я за свою жизнь много в руках подержал! И все приметы, как настоящее от фальшивого отличить, знаю. Так вот! Липа! Подделка это! Он такой же Попов, как я прима-балерина!

– Точно? – с осторожной надеждой в голосе спросил Игорь.

– Точнее не бывает! – уверенно заявил Ильич. – Ну, тут я ему говорю, что это, мол, совсем другое дело. Чего от меня требуется? И начал он обвинять тебя во всех смертных грехах, начиная с неуплаты налогов и вывода капитала за границу до торговли гостайнами. А, зная меня как честного офицера и убежденного коммуниста – сам такой! – он не сомневается, что я окажу им всемерное содействие в разоблачении и так далее. Ну, я изобразил полную готовность к сотрудничеству и все в этом духе. Мне дали первое задание: копировать все документы, что у тебя в сейфе лежат.