Поняв, что даже в том случае, если все окна у нее распахнуты настежь, подслушать здесь так же легко и удобно, как в ресторане, ему не удастся, он вернулся в машину. Отъехав немного и припарковавшись в соседнем ряду, так, чтобы Наиль, когда вернется, не заметил его, Лев решил дождаться окончания этого «собеседования». Как знать, может быть, Наиль вместе с Эллой захочет отправиться еще куда-то, хотя бы к этому самому Лелику, например. И если он хочет распутать этот загадочный клубок, упустить из виду это новое событие было бы совершенно непростительно.

А клубок действительно получался запутанным весьма и весьма. Правда, теперь все более-менее прояснялось с количеством фужеров и несоответствиями во времени. Но зато появлялись новые лица и обстоятельства, вызывавшие массу дополнительных вопросов по другим направлениям.

«Значит, девушек было все же четыре, – думал Гуров, внимательно наблюдая за дверью интересующего его подъезда. – Фужеры под шампанское были поданы исключительно для них, а бокалы для коньяка – с расчетом и на Проскурина. Дескать, мужские напитки мужчинам и пить, а дамы – только если специально того пожелают. Впрочем, кроме напитков, Антон Васильевич, по-видимому, не обходил вниманием и более сильные стимуляторы. Если верить Гуле, это было даже явлением вполне обычным. Но, похоже, не совсем обычным было само вещество, которое употребили в этот раз. «Как вдохнула, так и вырубилась» – это совсем не тот результат, который получают от рядовой среднестатистической «дури». Если Проскурин и баловался подобными препаратами, то наверняка и впрямь только «для куражу», а не для того, чтобы в самый интересный момент потерять сознание».

Было совершенно очевидно, что более сильное вещество появилось на празднике неспроста и что принести его мог только один из двух – либо загадочная, невесть откуда явившаяся Света, либо сам Проскурин. И, размышляя об обстоятельствах этого дела, Лев все больше склонялся к первому варианту.

«На кой черт Проскурину невменяемые подружки? – рассуждал он. – Никакого интереса. Сам себе, что ли, он танец живота исполнять собирался? Вздор, бессмыслица. Или просто хотел «отключить» их, чтобы не мешали вены вскрывать? Так тогда проще было совсем не приводить. К чему эти ненужные хлопоты? Тем более перед кончиной. Нет, с Проскуриным картина явно не складывается. А вот если принесла сильнодействующее «лекарство» Света, тогда многое можно объяснить. Самоубийства никакого не было, а было самое настоящее убийство, и, скорее всего, заказчик и исполнитель здесь – далеко не один и тот же человек. Причем не факт, что исполнитель – эта самая Света. Не говоря уже о том, что она – точно не заказчик. Ее функция могла быть чисто технической и вспомогательной.