— У меня нет никого кроме тебя! — он говорит так громко, что, наверное, слышат соседи. — Мне никто не нужен! Слышишь!

— Тише, прошу.

Я как чувствую. Слышу звук открывающейся соседской двери.

— Молодой человек, — это наша соседка, которая здоровается с нами через зубы. — Я уже в полицию позвонила. Сейчас в психушку позвоню. Что вы с дверью разговариваете?

Я тут же разворачиваюсь и открываю дверь. Тяну Давида за рукав в квартиру.

— Ты что? Проблем мало? — говорю строго.

— Василиса, — улыбается он и тянет ко мне руки. — Я так скучал. Ты ведь опять сбежала.

— Так, Давид, все, — убираю его руки от себя и отступаю на шаг. — Мы все выяснили. Сейчас соседка успокоится и уйдешь.

— Никуда я не уйду, — делает шаг ко мне и хватает за талию. — Месяц! Василиса. Месяц!

Отклоняюсь от него, а он все ближе и ближе.

— Я месяц тебя не видел! Опять?! — хмурится. — Когда ты перестанешь от меня бегать?!

— Когда ты перестанешь мне врать! — бросаю ему в лицо. — А значит никогда, Давид! Никогда!

Вместо ответа он хватает мое лицо и впивается в мой рот. Пытаюсь трясти головой, чтобы освободиться, но он лишь сильнее сжимает пальцы."

"— Тихо, — шепчет в губы, чуть отрываясь. И опять со всей силы сминает мои губы.

Толкаю его руками и тогда он обхватывает мои запястья и заводит их за спину. Одной рукой удерживает там, а второй берет за затылок.

Его губы терзают мои так, как будто он хочет съесть меня. А потом и его горячий язык толкается в меня.

Я еще какое-то время сопротивляюсь, но потом мои силы иссякают. Я выдыхаю и закрываю глаза.

— Девочка моя, — шепчет Давид, отпуская мои губы и целуя лицо. — Как же я скучал. Зайка.

Давид берет меня на руки и несет куда-то. Садится со мной на диван.

— Все? Драться не будешь? — спрашивает, заправляя волосы.

— Убить тебя хочу, — бурчу я и пытаюсь освободить руки. И он сам отпускает их.

— Ты зачем уехала опять? На целый месяц! Василиса! — гневно смотрит на меня.

— А ты зачем не хотел поговорить со мной? Отправил сообщение и все. И вообще, — пытаюсь встать, но Давид не отпускает. — Ты женишься. Иди к своей невесте. Не смей меня целовать!

Демонстративно вытираю губы.

Давид смеется.

— Глупенькая. Маленькая ты еще совсем. И глупенькая.

— Может, и глупенькая, но новости читать умею. Слушай, Давид, зачем ты пришел? — упираюсь руками ему в грудь. — Я же с самого начала говорила тебе, что не буду игрушкой. Иди к невесте. Она у тебя красивая. Уходи.

— Ну, хватит уже, — улыбается Давид. — Нет у меня невесты. У меня жена.

— Ах вот как! Прости, пропустила эту новость. Ну, поздравляю! А теперь проваливай к жене! Ее целуй!

— А я ее и целую, — опят тянется ко мне губами. — Ты моя жена. Серьезно, Василис. Я тебя люблю. Я же говорил тебе. Много-много раз.