До нас доносились шорохи.

А нить, соединяющая меня с Эдуардом, уплотнилась и будто стала наматываться на веретено, с каждым шагом. Сердце заколотилось в ожидании встречи, я шла уже не обращая внимания на духоту, и на то, что волосы прилипли ко лбу и шее. Мне все еще было страшно, но там впереди тот, ради кого я готова и не на такое. Тот, кто спасал меня не раз. Тот, без кого мне и дышать будет незачем.

И когда позади раздался звук закрывшегося хода, а факел затух, я ускорилась. Чуть бряцая оружием, гвардейцы все так же молча поддержали мой темп. Так что в новое помещение я почти влетела и споткнулась.

Под руками оказалось неподвижное тело, но оно дышало. Слабо, но дышало.

Прежде, чем я успела спросить, кто здесь, меня схватили сильные руки, и я почувствовала восторг.

Родной запах, знакомые объятья, пульс, бьющийся под пальцами – все это опьяняло.

Лишь на секунду я испугалась, что Эдуард не дышит, но тут же вспомнила, что он принял зелье. Сердце же бьется! Значит, все в порядке.

– Мими! – грозный рык прокатился по каменному мешку и отразился от стен.

Но я была не в себе. Я обхватила руками лицо Эдуарда и покрыла его поцелуями, радуясь теплу его кожи, щетине, всему.

– Серьезно? – из темноты донесся голос Бриана. – А мне повезло меньше. У меня тут какой-то бородатый мужик.

– Это свои, – пролепетала я, уткнувшись в грудь короля, который несмотря на злобное сопение, поглаживал меня по шее очень ласково. Наверное, примерялся, как душить будет.

– То есть то, что я тебя запер, ни о чем тебе не намекнуло? – сурово спросил меня мой король."

"– Ты меня недооцениваешь, – укорила его я, и услышала смешок Бриана. – Кроме Фаджио и телохранителя раненные есть?

– Нет, – сдержанно ответил Иден, пока из троих услышанных мною, он звучал хуже всех. Видимо, ему тяжело далось лечение лорда-дознавателя.

– Я казню Фаренджера, – сквозь зубы процедил Эдуард. – Какого Проклятого, он отправил тебя, да еще и всего с пятью гвардейцами? Куда смотрел твой отец? Стой, не говори мне, что он не в курсе!

– Я знала, на что шла! – возмутилась я.

Крайст не выдержал выяснения наших отношений:

– Амелия, скажи, что у тебя есть стоящий план, или я тебя сам задушу, чтоб не мучилась, а пока я тоже тебе не рад, – грозно потребовал он и был, в общем-то прав.

Как много людей мечтает приложить руку к моей шее. Фаренджер, Эдуард, Крайст…

– Да, – я с сожалением отлепилась от гневного величества. – Не план, а шанс, но это уже что-то.

– Мими! – в отчаянье застонал Эдуард, стискивая мою руку.

– У нас мало времени, – затараторила я. – Отойдите от стены с надписью, как можно дальше.

– Тут особо не разбежишься, – проворчал Фаджио, и у меня немного отлегло. Красавчик так долго молчал, что я уже решила, что он потерял сознание.