Хотелось сделать это так быстро и легко, чтобы все, кто зубоскалил после смерти отца, поняли, что я не просто не сломалась, а стала крепче. Так, как говорил отец."

"""Каждый удар — услуга, которую сам того не замечая оказывает тебе враг. Если устояла, значит ты сильна. Если упала но встала, значит, ты стала ещё сильнее.""

За услуги принято платить, и я с нетерпением ждала дня, когда с чистой совестью смогу раздать всем долги. Виктору, его дружкам, своим подругам, их мужьям, тем, кто ко мне сватался, пока не стало понятно, что я бедна как церковная мышь.

Разумеется, моя бедность была сильно преукрашена, но и о богатстве Беринских окружающие знали далеко не все. Отец был настолько богат, что мог спокойно позволить себе общаться с преступниками. Он давал им взаймы, инвестировал в сделки, которые были большим риском не только для дела, но и для жизни в принципе. Он был игроком. Осторожным, умным, но умеющим рисковать. И он гордился мной.

Именно это заставило меня выйти из комнаты и начать действовать. Раздала всем указания, хотя работники давно были на ногах и сами прекрасно знали, что делать.

— Гости из лагеря стали выезжать, — отчитался несомненный Бесо. — Те, что в комнатах, все ещё спят сладким сном. Завтрак уже готов, мы кормим всех, кто готов заплатить.

— Новый поток?

— Гости прибывали даже ночью. Девочки не спали, я только что их отправил. Эрика и Миса помогали гостям устраиваться в свободных палатках. ""Спецномера на открытом воздухе"", — Бесо рассмеялся. — Миса придумала. А Эрика отнесла им внутрь подносы с едой. За вынос в номер тоже деньги взяли.

— Предприимчивые сестрички, — пробормотала я. — Что ещё пропустила?

— Лин Саливан вас искал. Сказал, что подготовил все документы. Нужны ваши подписи.

— Сашар не возвращался?

— Нет, лина Биторого пока не было видно. Лина Каро сильно волнуется за него. Она провела ночь в трактире, сидела и ждала его, заодно девочек караулила. Я спал на лавке, не смог до утра просидеть.

— Чувствую себя единственной бездельницей, — пробормотала я, заканчивая с завтраком. Для меня приготовили омлет, остальных гостей собирались кормить кашей на выбор - овсянка, пшено или греча.

— Саливан у себя?

— Да, у себя. Закрылся в бумагах, ворчит, что в таких условиях невозможно работать и не может понять, почему отец не нашёл ему местечко в столице.

— Потому что сына Саливана никто на работу не возьмёт, — я неаристократично фыркнула чаем. — Пускать к себе под бок отпрыска того, кто тебя потом может засудить? Законникам нужно доверять, раскрывать все свои секреты, чтобы они могли подстраховать тебя, прикрывая законом.